Эдуард Эргартович Россель об этом знает?
У нас был разговор, в котором я достаточно откровенно сказал ему, что средства массовой информации в преддверии выборной кампании пытаются подтолкнуть нас к публичному диалогу.
А журналистам то же самое объяснили?
Зачем? Для меня главное, что я сказал об этом губернатору. А что будет дальше, посмотрим.
Вы в гороскопы верите?
Да. По гороскопу я Лев. И по жизни, к сожалению, тоже. Люди, которые со мной работают, говорят, что в большей степени гороскоп сходится.
Согласно описанию Льва вы какой?
Не знаю, насколько это правильно — давать себе характеристики… Стараюсь быть профессионалом в тех вопросах, которые веду. И в своих подчиненных в первую очередь отмечаю профессионализм. С точки зрения самореализации всегда считал карьеризм нормальным человеческим качеством. Наверно, как любой человек, ценю личную преданность. Стараюсь никогда не делать людям больно. Считаю, что большего можно добиться добром, нежели директивно или в приказном порядке. Если верить характеристике Льва, являюсь достаточно благодушным и щедрым.
Если верить гороскопам, с вами лучше дружить, чем воевать. Это так?
В чем заключается ваш вопрос? Есть ли у меня враги? Думаю, никто в жизни не может сказать: Басаргин — мой враг. Бывало, что расходились с людьми во взглядах и мнениях, но это бывает у всех. Как говорится, разошлись пути-дороги. Но по злобе не расходился ни с кем.
Не могу объяснить, почему, но интуиция подсказывает мне, что в детстве вы были хулиганом. Она меня обманывает?
Нет, она говорит правду. Такие были времена — мы защищали интересы своих дворов. Весь наш маленький город Асбест, как и многие другие города, был поделен на районы, и эти районы соревновались за степень влияния.
Вы были лидером среди подростков?
Вместе с братом, который старше меня на три года. В сочинениях я писал, что хочу быть похожим на него, все дворовые вопросы решал только с ним, все местные «разборки» и драки проходили при его участии. Так получилось, что ребята с нашего двора, будучи самыми хулиганистыми, неожиданно для всех нашли альтернативу бесшабашной уличной жизни и начали слушать музыку. Магнитофоны были огромной редкостью, мы собирались у кого-нибудь дома и потихонечку слушали «Битлз», «Нарок», «Поющие гитары». Сначала я увлекся барабанами, потом «налег» на гитару. Буквально через год, после «дрыньканья» в подъездах, мы создали ансамбль и стали играть на танцах во Дворце культуры. Тогда, в четырнадцать лет, впервые увидели взрослую жизнь. К тому же за выступления на танцах нам платили деньги. Кстати, немалые по тем временам. Не каждый подросток мог этим похвастаться.
Как назывался ваш ансамбль?
Последнее название — «Краски». Под этим именем группа стала лауреатом регионального конкурса «Юность комсомольская моя». Мы были знакомы с музыкальной элитой того времени. И с вашими знаменитыми земляками, ансамблем «Ариэль», в том числе. Когда мне бывает грустно, иногда слушаю их пластинки.
«Я немало испытал, но любить не перестал те места, что душу трогают, заповедные места…»?
«…Тянет неспроста в заповедные места, мое детство босоногое…» Там школа, первая любовь, друзья, горный техникум, работа помощником машиниста, там похоронены мои родители… Там моя Родина… А вам в чьем исполнении эта песня больше нравится: ваших земляков или Юрия Лозы?
В исполнении Каплуна.
А мне — Лозы. При всем уважении к Борису Федоровичу.
Вы умеете влюбляться в людей?
(Улыбается.) Не знаю, не пробовал. Я просто в них верю.
И в кого вы верите из олигархов?
Из ваших — в Виктора Рашникова, в Николая Воробьева.
Разве Николай Иванович Воробьев — олигарх?
На мой взгляд, звание директора завода почетнее звания олигарха. И Виктора Филипповича уважаю за то, что при его сумасшедшей занятости, при непрерывном общении с немцами, австрийцами и итальянцами он находит время бывать в цехах.
Ваши выступления на съездах предпринимателей называют весьма профессиональными. Говорят, что вы серьезно разбираетесь в экономических проблемах.