Конечно. Не просто общаемся, мы дружим. У нас есть традиция — собираться за большим столом, делиться новостями, событиями.
И пить чачу?
Почему только чачу? Ещё есть вишнёвка. У моего деда она получалась особенно вкусной.
Неужели вам в детском возрасте разрешали её пробовать?
Конечно, нет. Мне было лет семь, когда дед нечаянно оставил на столе полную тарелку пьяной вишни, а я её съел.
И что с вами было?
(Смеётся). Было очень серьёзно плохо. Пришлось идти и говорить деду.
На день рождения мне подарили сборник грузинских сказок с пожеланием на грузинском языке. Мой брат сфотографировал надпись и попросил вас перевести. Вы перевели почти дословно, но немножечко неточно.
Это одно из моих больных мест. Меня напрягает, что я до сих пор не выучил грузинский язык.
Принято считать, что грузины — это прежде всего поэты, музыканты, художники, писатели. Насколько истина соответствует мифу?
Нельзя говорить, что грузины только лишь созерцатели и наблюдатели. Каждая территория Грузии отличается своим особым менталитетом. Кахетинцы не любят жить на широкую ногу и показывать своё благосостояние, они трудяги. Трудятся на земле, выращивают виноград. Скромные и спокойные. Рачинцы медленные — над ними шутят, как над прибалтами. Сваны — воинственный, замкнутый, молчаливый народ. Среди гурийцев часто встречаются политики. Как в нормальной большой семье, в грузинской нации присутствуют все типы характеров.
Однако, некоторые экскурсоводы в Тбилиси рассказывают, что город строили армяне, а грузины им просто не мешали.
А эти некоторые экскурсоводы случайно не были армянами? Когда мы с женой в прошлом году гуляли по Тбилиси, зашли в армянский квартал, где нас встретил пожилой армянин, учитель английского языка. Достаточно бедно одетый. Мы искали один дом с красивым двориком, в котором были несколько лет назад, спросили у него. Он попытался объяснить, в итоге рассказал историю армянской диаспоры в Тбилиси, которая построила практически весь город и вообще это разве что не столица Армении. Рассказал, как притесняют армян и как его выгнали из школы, при этом показал нам дом армянского архитектора — сильно красивый, с гербом на фасаде. Если послушать этого учителя английского языка, то грузины — изверги и звери. Но это не так. В Грузии всегда жили рядом все возможные народы мира, за исключением разве что афроамериканцев. В Тбилиси, практически в одном квартале, находятся синагога, армянская церковь, католический храм и грузинская церковь.
Сейчас задам каверзный вопрос.
Задавайте.
Можно ли быть грузином и не обращать внимания на женщин?
(Смеётся). Нельзя!
Вы влюблялись?
Конечно. В свою жену. На протяжении почти тридцати лет. Можно восхищаться женщинами, оставаясь при этом верным мужем. Почему нет? Это нормально. Всё зависит от внутреннего настроя в семье. Поскольку я грузин российского происхождения, у меня всё-таки менталитет россиянина.
Гремучая смесь. Вы когда-нибудь совершали иррациональные поступки, которые потом оказывались судьбоносными?
Рассказать вам, как я познакомился со своей женой? Наши комнаты в общежитии были друг напротив друга, мы виделись, но не общались. Пока не произошёл один смешной случай. Играя в карты на желание, Валентина проиграла. Один из её однокурсников сказал: теперь выгляни за дверь и крикни: «Гиви, я люблю тебя!» Она так и сделала. Я был в своей комнате и, услышав эти слова, ответил: «Тогда я на тебе женюсь». На следующее утро взял паспорт и постучал в её дверь. В белых брюках и красных кроссовках «Адидас». Дверь открыла соседка: что пришёл? Говорю: жениться на Вале. Она: а у тебя все дома? Отвечаю: нет, отец уехал в командировку.
Как на такой пассаж отреагировала ваша будущая жена?
(Смеётся). Она спряталась в шкаф.
Вам знакома аббревиатура ССО?
Конечно.
Студенческие строительные отряды работали повсюду — от Средней Азии до Заполярья, от Урала до Якутии. Студенты возводили железные дороги, электроподстанции, жилые дома, телятники, дворцы культуры. Школу стройотрядов проходили почти все студенты 70—80-х годов. Вы помните вашу первую стройку?
После первого курса, сразу после армии, в Варненском районе ремонтировал коровник. Правда, проработал всего три недели, потому что получил тяжёлую спортивную травму в игре в футбол с местными пацанами — кирзовым сапогом мне рассекли мышцу, пришлось делать операцию. Через год, после второго курса, мы с другом поехали в индивидуальный стройотряд в Ленинградскую область в деревню Озёры и построили там железобетонный мост через речку. Заработали семь тысяч рублей на двоих.