И какой был самый первый?
При институте было создано предприятие, которое занималось разработкой компьютерных программ для сельхозпроизводителей. Чуть позже мы создали образцово-показательное фермерское хозяйство, но тогда, в начале девяностых, это был совсем неприбыльный бизнес. Урожай продать было невозможно.
Вот тут-то и появились в вашей жизни компрессоры?
Да.
То есть всё-таки они оказались судьбой?
Пусть будет так.
Вы верите в магию?
Нет.
А во что вы верите?
В факты. В ощущения. Но в последнее — не всегда.
Что мешает?
(Смеётся.) Отсутствие фактов.
Мне кажется, что когда мы доверяем ощущениям, ум мешает, потому что может увести не туда.
Может быть.
Сколько времени обычно проходит от идеи до её воплощения?
По-разному. Совершенно по-разному. Бывает, что два-три месяца, бывает, что год. Если машина простая, в которой мы всё понимаем, то это быстро. Видите ли, любая вновь производимая машина требует длительных заводских и производственных испытаний, но в нашей стране система внедрения новой продукции в производство сегодня искажена. В тендере прописан жёсткий срок сдачи, и если ты не успеешь — это твои проблемы. Поэтому мы должны успеть изготовить, испытать продукцию и сдать в срок.
Идеи рождаются в вашей голове?
Давно уже не в моей. На сегодняшний день есть система, служба, люди, которые за это отвечают. В основном идеи рождаются от заказчика, от потребностей рынка. Рынку что-то надо, люди приезжают к нам, и мы начинаем обсуждать. Идеи — это симбиоз работы наших инженеров и рынка.
Допустим, я представитель металлургического завода. Я приезжаю и говорю: мне нужен такой-то компрессор?
Нет. «Такой-то компрессор» — это просто. Вы говорите: у меня есть вот такая технология и мне нужен воздух: вот такое количество, под таким давлением, вот такого качества и вот такого исполнения. Вы говорите: у меня мало места, или, наоборот, много места. И вот только после изучения технического задания мы начинаем вами заниматься. Откуда бы вы ни приехали — с металлургического завода или с завода железнодорожных машин, куда мы для «Ласточки» поставляем компрессоры.
Что такое «Ласточка»?
Скоростная электричка на Московском кольце, в Сочи, в Екатеринбурге.
Как вы смогли получить такой заказ?
Почему вы так удивляетесь? Мы давно работаем с предприятиями железной дороги, нас знают. Сначала они покупали компрессоры для «Ласточки» в Германии, а потом стали заказывать у нас. Характеристики такие же, но цены намного ниже.
То есть программа импортозамещения оказалась вам на руку?
Да.
Это тоже счастливый случай?
Это тоже возможность, к которой мы были готовы.
Как на всяком уважающем себя и свои традиции предприятии, на компрессорном заводе взяли за правило торжественно отмечать выпуск юбилейной продукции — с нулями в конце порядкового номера. Осталось в заводской истории и самое первое торжество по поводу выпуска тысячного компрессора, и то, как перерезали ленточку у пятнадцатитысячной компрессорной установки, подгадавшей аккурат к пятнадцатилетию завода. Но есть в этой череде особая поставка. 4 сентября 2008 года завод выпустил пятитысячную компрессорную установку КВ. И решил её вовсе не продавать никому. Установку отправили в дар Южной Осетии на восстановление разрушенного войной хозяйства.
Альберт Раисович, в какой момент переговоров вы понимаете, что дело сделано?
Дело сделано только тогда, когда оно закончилось, а не во время переговоров. Бывает, что в переговорах виден позитив, а потом вдруг что-то происходит, и договорённость переносится на неопределённое время. Конечно, я готовлюсь, напрягаюсь, но переговоры — это только первая часть. Вот когда продукция отгружена и деньги от заказчика пришли на счёт — вот тогда всё, дело сделано.
С вашим опытом ведения переговоров вы до сих пор волнуетесь?