- Все отлично, детка. Давай смотреть фильм. Ты знаешь сколько стоит час показа на этом экране? - И опять это подобие улыбки, которую выжимает из себя Дима.
Демонстрируя, что продолжать разговор он не намерен, указывает мне на экран и произносит.
- Смотри, смотри! Сейчас интересное пропустишь.
- Как я погляжу, ты не первый раз смотришь эту мелодраму. - Улыбаюсь.
- Ты единственная, кто об этом знает. Так что это большой, большой секрет. Никому. - Шутливо подносит указательный палец к своим губам.
Больше мы не поднимали отдалённые темы. Говорили только про фильм.
Через какое-то время, взамен кукурузы появились орешки.
Спустя где-то час, моя пятая точка затекла и я приняла горизонтальное положение, уложив голову на колени Димы. Тот не возражал, только легонько поглаживал по волосам, периодически углубляя пальцы и пропуская сквозь них мои локоны. Приятно до мурашек.
Так мы досматриваем фильм. В душе устанавливается гармония. Если не обращать внимание на некую отстраненность Мити, то свидание получилось изумительным. Больше попыток поцеловать не делаю. Придет время, сам все расскажет. Давить не буду.
Доехав до парадного входа в резиденцию Владимира Сергеевича, Митя глушит мотор. Я подрываюсь выйти из салона. Однако, мужчина ловит меня за руку и удерживает.
- Влада, сегодня ночью у меня вылет в Магнитогорск. По приезду может многое измениться, но я хочу, что бы ты знала. Ты очень мне дорога. - Тут он притягивает меня за шею и целует в лоб.
Мои глаза увлажняются. Я знала, что наши отношения не вечны. Но все таки пытаюсь держать лицо. Думаю отвлеченно. Пореву позже, когда буду абсолютно одна.
Выдавливаю измученную улыбку. Сейчас нужно сказать "Хорошо" и выйти. Но не могу. Ком в горле не дает произнести ничего. Тело меня не слушается и продолжает прижиматься к Диме, которые тоже губ не отрывает ото лба.
Не знаю как долго мы просидели в этой позе. Отвлек нас Игнат Иванович, который, как всегда, учтиво прерывает нас, постучав в окно Мити. Мы нехотя разъединяемся и выходим из машины.
- Владимир Сергеевич вас ожидает. - Проинформировал нас дворецкий.
- Спасибо Игнат Иванович, мы сами дойдем. - Митя берет меня за руку, сплетая наши пальцы. Размеренно поднимаемся в кабинет шефа. У двери, пытаюсь освободить ладонь. Дмитрий не позволяет, вместо этого входит к моему начальству, утягивая меня за собой.
Естественно, Владимир Сергеевич первым делом обратил внимание на наши руки.
- С тобой, Дмитрий! Мы поговорим позже. Ты похоже не понимаешь свой родной язык. Будем доводить язык ремня, проверенный столетьями.
- Думаю, уже поздно меня пороть. Но в одном я согласен с тобой. Поговорить наедине нам необходимо. После.
Фенёк старший одобрительно кивнул.
- Приступим к делу. Кто что наработал? Выкладывайте.
- Можно начну я? - Приходится несколько раз прокашлять горло, так как он от невыплаканных слез, немного осип.
- Пожалуйста, слушаем. - Дал добро шеф.
- Я подготовила ряд договоров. Подписав, которые "Флагман" из генподрядчика становиться субподрядчиком. Причем соглашение на 20 лет, с дальнейшим пролонгированием. По моим расчетам, в течение года они вернут нам его.
- Но это ведь не страшно. Они все равно остаются на плаву. Зачем им вздумается отказаться от "Флагмана"? - Недоумевает Дима.
- Вот именно, что тут, вот в этом пункте, - указываю пальчиком на нужный абзац. - расписано, что кто-бы не владел фирмой. Должен будет придерживаться по договору. Это кабальная сделка. Им придется выполнять госзаказы через нас, у нас же и осядет львиная часть прибыли. К тому же, для экономии они не смогут обратиться к сторонней организации за услугами. Так как товары и услуги предоставлять могут только фирмы из этого списка.
Владимир Сергеевич быстро пробежался глазами по перечню.
- Так это все фирмы моей корпорации.
- Вот именно. Мы их свяжем этим документом по рукам и ногам.
- Мне нравиться твое предложение. - Радовался шеф.- А у тебя, что нового Дмитрий? Чем порадуешь?
Дмитрий с самого начала собрания, вел себя холодно с отцом. Во взгляде его прослеживалась неприязнь. И это еще одна странность сегодняшнего вечера. Они могли спорить, не соглашаться, не понимать друг друга, но что бы такая открытая ненависть была - я вижу впервые.