- Не знаю, что у тебя за дела с Энцо Берарди, но не впутывай меня в них, – тихо сказала я, обернувшись по сторонам, убеждаясь, что нас никто не слышит. – Как ты вообще мог так со мной поступить? Как ты можешь с ним говорить после того, как нашими родителями воспользовались, а теперь кинули за борт? Ты совсем дурак? Если отец узнает, что ты водишься с наследником, он сам тебя убьёт.
- Значит, у него тоже не получилось, – расстроенно сказал брат, и я заметила, как его плечи опустились.
- Включи мозги, Крис. Я замужняя женщина, у меня будут проблемы, если муж об этом узнает. Ты сам знаешь, как Бесмир отзывается об Энцо. Ну а ты? Тебя с родителями в любой момент могут выгнать из страны обратно в Грецию.
От слов на языке появилась неприятная горечь. Грудь сжалась в болезненных тисках от одной мысли, что я останусь одна в этом ужасном мире.
- Тогда скажи мне, сестрёнка, что с тобой случилось?
- Не понимаю, о чём ты.
- Ты в зеркало давно смотрелась? – он указал руками на меня, обводя мою фигуру в воздухе. – На твоей кухне вообще есть еда? – оскалившись, спросил брат, и ком в горле сковал моё горло.
- Со мной всё в порядке, – соврала я, избегая голубых глаз брата. – Позаботься о себе с Ником и о родителях.
Я репетировала эти слова каждый день, знала, что соврать Крису будет невозможно. Мои попытки стать отличной лгуньей посыпались, превращаясь в пыль, когда я услышала одно-единственное слово. Оно всегда ценилось в нашем кодексе семьи.
- Правду.
Подняв свой взгляд, старалась зациклить его на третьей пуговице рубашки брата. В меня сразу врезался суженный, суровый взгляд Криса. Его голос был не такой, как мгновение назад. Голубой оттенок глаз стал более холодным. Я знала, мне придётся соврать, глядя в глаза. Брат это поймет, и уже ничего не исправишь. Сказать правду означало смерть, но соврать брату, глядя в глаза не лучше.
Ощущая холодное лезвие ножа на своём сердце, я вздохнула глубже и открыла рот, чтобы, наконец, сказать это.
- П…
- Где тебя носит?
Прервал меня разъярённый голос мужа, и я с облегчением выдохнула от мысли, что не предала брата и этим вечером осталась всё ещё ему верной.
Бесмир остановился возле нас и увидев возле меня Криса, значительно расслабился. Его рука обвилась на моей талии в собственническом захвате, пальцы грубо сжали кожу вместе с платьем, доставляя мне неприятные ощущения.
Это действие больше не приносила мне адской боли, как раньше. Кожа уже привыкла к его грубости.
- В зале было шумно, и я хотел поговорить с сестрой в более тихом месте, – с лёгкостью соврал брат не дрогнув.
- Моей жене непристойно находиться наедине с мужчиной.
- Я её брат, кретин, – со злостью сказал Крис.
- Ты мужчина, – стоял на своём Бесмир.
- Дорогой, мы могли бы поехать домой, я плохо себя чувствую.
Положив свою ладонь ему на грудь, попыталась сгладить ярость мужа. Он перевёл взгляд с брата на меня, и в его глазах мелькнула та самая опасность. Такую же я видела в нашу брачную ночь. Коленки сами по себе затряслись, но я пыталась устоять на ногах. Муж почувствовал мою слабость и ущипнул за талию сильнее.
- Я недоговорил, – недовольно сказал Бесмир и вновь посмотрел на моего брата. – Впредь тебе стоит уважать меня лучше. Если хочешь поговорить со своей сестрой, я не против. Нет ничего крепче семьи. Будь добр спросить разрешение сначала у меня. Не стоит заставлять искать свою жену снова.
- Моё уважение нужно сначала заслужить. Если ты старше, это не значит, что я буду тебя уважать. Лишь только за то, что ты сделал с моей здоровой сестрой, ты уже можешь кормить червей под землёй или рыб в океане, – Крис плюнул ему в ноги. – Ты ещё жив, потому что этого хочет моя сестра, – телефон брата зазвенел, он достал его и что-то прочитал с улыбкой на лице. – Ты, старый ублюдок, наслаждайся своими последними днями, - брат подмигнул мне и развернувшись, ушёл.
Домой мы приехали сразу же после разговора с братом. Бесмир заставил меня зайти в дом, а сам, надавив на газ, уехал. Расслабившись, я зашла в дом и, сняв обувь по дороге, зашла в самую дальнюю комнату по правой стороне. Это была моя спальня. Да, именно моя, спальня Бесмира находится в таком же расположение, но по левой стороне п-образного дома.