Татьяне хотелось посмотреть на Сашу в другой обстановке: не в общественном месте, где он высокомерный сноб, не у себя дома, где он вообще непонятно какой, а именно там, где он чувствует себя спокойно и умиротворенно.
Выходя из дома, Таня вдохнула полной грудью теплый воздух и, улыбнувшись солнцу, направилась в сторону детского сада.
Если у Аллы и возникли вопросы по поводу того, почему подруга не на работе, или почему она сама забирает Лешку, то спрашивать она тактично не стала. Решив предоставить Тане возможность самой все рассказать.
Татьяна же и не думала что-то скрывать, просто сейчас у нее не имелось необходимого свободного времени, чтобы объясняться.
Забрав Лешку и направившись в сторону метро, Таня не могла перестать улыбаться.
Заметив приподнятое настроение матери, Лешик спросил:
- Мам, а почему ты такая радостная?
- Просто сегодня отличный день, - ни словом не соврала Таня. - Тебя что-то настораживает?
Алексей нахмурился, явно подбирая правильный набор слов, для того чтобы сказать, что его волнует.
- Ты такая светящаяся.
Татьяна расхохоталась и, потрепав сына по голове, попросила пояснить, что именно он имеет в виду.
- Просто от тебя во все стороны солнечные лучики идут, что ли, - смутился ребенок. - Вот.
- Выдумщик, - нежно улыбнулась Таня. - Ладно, давай поспешим, а то Саша нас уже заждался.
Лешка кивнул и сам быстрее потянул мать к метро.
***
Саша прошел в кабинет и, решив не откладывать звонок матери в долгий ящик, присел в кресло и набрал номер.
- Алло.
- Ну, здравствуй мама!
- Сашенька, как я рада, что ты позвонил, - проворковала Анастасия Игоревна.
- И кто она? - перешел к главному вопросу Артемьев.
- Ты о чем?
- Я о своей будущей жене говорю, - пророкотал он.
- Так ты согласен?! Как я рада, - зачастила женщина. - Она очень милая женщина, твоя ровесница, между прочим. Замужем не была, детей нет, - выделила она последние слова. - Занимается семейным бизнесом, связанным, что-то с компьютерами. Ты же знаешь, как я далека от этих ваших машинах, - недовольно бросила она, но начав снова расписывать достоинства своей невестки, моментально воодушевилась. Артемьеву надоело слушать о "хорошей и милой", поэтому, перебив мать, Саша жестко сказал:
- Никакой свадьбы не будет.
- Но... - начала было Анастасия Игоревна, но ее перебил сын.
- Разговор окончен.
- Но, я же, уже сообщила об этом радостном событии в несколько журналов, - взвизгнула она.
- Вот сама с ними и разбирайся.
- Может, ты хоть с ней встретишься? - заискивающе спросила мать.
- Не думаю, что это понравится Тане, - съязвил Саша.
- А она-то тут причем?
- Она - моя женщина, - удовлетворение, вот что ощутил Саша, сказав матери эти слова.
- Это блажь, - выплюнула она.
- А ты несешь бред. Все, мне надоел этот бессмысленный разговор. Повторю: свадьбы не будет.
- Саша!
- Мам, я вот только чего не пойму, ты вообще меня слышишь? - как-то устало спросил Артемьев.
- Конечно.
- Тогда сколько раз я могу повторять одно и то же?
- Саша, ну послушай, это очень хорошая для тебя партия... - зачастила женщина.
- Если ты продолжишь настаивать, то уже завтра станешь бабушкой четырехлетнему ребенку.
- Александр, ты о чем таком говоришь? - ужаснулась родительница, и Александр готов был поклясться, что мать театрально схватилась за сердце.
- Надеюсь, мы поняли друг друга, - Саша прервал соединение и раздраженно бросил трубку телефона на базу.
"Как же меня все это достало", - лютовал Артемьев. Он, конечно же блефовал. Он никогда бы не смог поступить подобным образом. То есть, жениться на ком-то в отместку матери. Хотя, высказав свою угрозу, Саша ощутил трепет в душе. Будто, это именно то, что ему и нужно. То, ради чего он живет, дышит.
- Так, - протянул Александр, - надо успокоиться, - поднявшись с кресла, он прошелся по кабинету и, подойдя к окну, выглянул на улицу. Пусть еще и было слишком рано, но он надеялся увидеть, входящих в центр Таню и Лешку.
В дверь кто-то постучал. Даже не оборачиваясь, Саша крикнул:
- Войдите.
Посетитель прошел в кабинет.
- Привет.
Медленно оборачиваясь, Артемьев сжал кулаки и посмотрел на лучшего друга.
- Какого х*я ты здесь делаешь? - ему было непонятно, за что ему выпали все прелести ада во второй половине дня. А ведь "утро", так хорошо начиналось.