Я наблюдала, как другие люди, находившиеся во дворе, отрывались от своих дел и подходили к нам. «Мустанг» завладел вниманием всех. В этот момент, так некстати, у отца зазвонил телефон. Мне было ясно наперёд, что сейчас его вызовут куда-нибудь и нам придётся уехать. Так оно и вышло. Наш водитель Леонид Александрович уже подъехал на папином «Лексусе» к мастерской. «Тойоту» загнали в гараж, и я с унынием наблюдала, как ворота закрывались, отрезая её от мира. Пока отец договаривался с Максимом, что нужно сделать с нашей машинкой, я, воспользовавшись моментом, в последний раз любовалась дорогими автомобилями.
2
Вечные пробки большого города, многие люди, стоя в них, начинают злиться, дёргаться. Мы не часто попадали в заторы, так как наш водитель всегда знал, где их можно объехать, или почти всегда, иначе бы мой отец постоянно опаздывал на важные мероприятия. Мы медленно двигались, к Оперному театру. Я без особого интереса рассматривала хорошо знакомые здания, вывески, рекламные щиты, мои мысли никак не хотели уходить из «Беркута». Перед глазами то и дело вставали великолепные машины, но самое странное то, что о чём бы я ни размышляла, я неизменно возвращалась к Максиму. Мне вспоминались отдельные моменты и фразы сказанные им. Никогда я не думала так много о молодых людях, они не занимали значительного места в моей жизни. А сейчас всё резко изменилось, я даже с опозданием заметила прокатившего мимо «Ягуара».
- Котёнок, о чём задумалась? «Мустанг» понравился? – спросил папа и привычно погладил меня по голове.
«Не только», - мысленно ответила я, а вслух сказала:
- Мне вообще там понравилось. Почему ты меня туда не привозил раньше?
Он добродушно усмехнулся и, окидывая взглядом стадион, ответил:
- Рано еще было. Да и потом что тебе там делать? Я завтра улетаю в Москву, не хочешь со мной? – быстро сменил он тему.
Я только фыркнула, недовольная глупым ответом на первый вопрос. Можно подумать пару месяцев назад я была маленькой, а вот сейчас большая.
- Нет, не хочу. Останусь дома. К тому же у Светы день рождения, она меня загрызёт, если не приду. А зачем тебе в Москву? – я очень боялась, что он поедет туда по делам развода.
Надежда, на то, что мои родители снова будут вместе, давно растворилась, где-то между столицей России и Новосибирском.
- Помнишь девочку, которой я оплатил операцию в Германии? Так вот я хочу встретиться с её семьёй и посмотреть на неё.
У отца было ещё одно хобби – спасать людям жизни. Денег у него было достаточно, что бы время от времени оплачивать дорогостоящую операцию где-нибудь за границей, без вреда для капитала. Папа всегда помогал людям, у него был специальный человек - Владимир. Он разыскивал тех, кому срочно требовалась медицинская помощь. Обычно отец выбирал молодых людей или детей. Зачастую о жизни и смерти речь не шла, вопрос стоял лишь о качестве этой жизни. Помню девушку, которая почти ослепла к двадцати годам. После операции она стала видеть, единственный, на кого она так и не смогла посмотреть, так это моего отца, он не сумел с ней встретиться до сих пор. На каждый его день рождения нас заваливали письмами с поздравлениями. Они шли с разных уголков страны, о существовании которых я даже не подозревала. Иногда мне казалось, что мой отец просто ангел, спустившийся на землю. Наверное, таких как он единицы.
- Конечно, тебе нужно съездить, а то все благодарности сыплются на Володю.
- Разве в благодарности дело?
- Конечно, нет, - мне стало не по себе, потому что я любила получать подарки, а вот папа любил их дарить, в этом я, видимо пошла в маму.
Я снова вернулась мыслями к Максиму. Он меня зацепил. Его галантное обхождение, добрая улыбка и этот голос, да он просто с ума сводил и пробирал до мурашек. Мне никак не удавалось обнаружить то, что мне в нём так особенно понравилось. Я понимала, что все мои мысли глупые. Он мог быть уже женат или иметь девушку. И потом ему уже, наверное, под тридцать, а мне только семнадцать будет. Но выкинуть его из головы не получалось, и я решила разузнать о Максиме побольше. Единственный человек, который мог мне хоть что-то рассказать о нём, это был мой отец. Начать расспрос стоило издалека, к сожалению, папа был очень прозорлив, и мог понять ход моих мыслей, чего я особенно боялась:
- Па, а кто такой этот Максим, я его раньше не видела? Он не приходил к нам ни один, ни с семьёй.