- Отныне я твой Царь и Бог! Я твоя публика. Играй так, чтобы тебе поверил не только я, но и все остальные…., – замолкает, растягивая на губах дьявольскую улыбку, резко контрастирующую с ледяным взглядом. Живо продолжает давать свои распоряжения перед тем, как покинет комнату:
- Ах да, и ещё. Перед нашей свадьбой разберись со своим парнем. Надеюсь, ты понимаешь, что твоя свобода в моих руках. Не проговорись, ты же не хочешь, чтобы я подкинул проблемы твоему «спасателю». Пусть спасает других. У тебя есть час, чтобы привести себя в порядок перед завтраком. Не опаздывай.
Безжизненно киваю, машинально запахивая халат после того как он отстраняется, собираясь покинуть комнату. Берет в руки документ. Смиренно бросаю взгляд на папку в его руках. Смотрю на его исчезающий профиль за дверью. Пытаюсь уговорить себя в том, что два года – это недолго. Тем более если он, правда, не так часто пользуется своими «вещами», я могу ко всему привыкнуть. Но, как правило, любую «новинку» необходимо как следует обстоятельно «обкатать». Использовать пока она не надоест и не возникнет желание заменить её на новую модель, эксклюзивную….
- Господи, дай мне сил всё это вынести, – падаю на кровать, пряча лицо в подушку, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
Как специально память, словно плёнка, воспроизводит кадрами события последних двух дней.
9 глава 1 часть
Двумя днями ранее
Когда завеса этого ужасного спектакля приподнялась, мир вокруг меня вдруг стал слишком ярким и слишком громким. Я почувствовала, как меня разрывает изнутри. Разбито что-то большее, чем просто сердце: как будто целая вселенная накрылась черной волной. Аси бесстыже бросилась на шею к моему отцу и, обхватив его ногами, начала целовать. Они никого вокруг себя не замечают. Будто других людей не существует и есть только они вдвоём! Я застыла, не веря своим глазам. Папа! Моя лучшая подруга! Вершина предательства.
Слёзы злости уже наполняли мои глаза, и я стала пытаться их стереть с лица, когда поняла, что смысл всех наших разговоров, всех целей, которые мы ставили, теперь просто исчезли. Они были у меня, в моей жизни, в каждой искренней улыбке, которую я им дарила. В каких бы отношениях не была с мамой, она этого не заслуживает. Не смотря на все обиды и недопонимания, я её очень сильно люблю. Двадцать три года счастливого брака оказались неспособны выдержать кризис среднего возраста.
Собравшись с силами, я начала подходить к ним всё ближе и ближе. Пелена неистовой ярости застилала мои глаза. Подошла так быстро, что даже не увидела, как перебежала дорогу на красный свет, не замечая, что чуть не попала под колёса машины. Вдалеке раздаются выкрики агрессивного водителя, чуть не сбившего меня. Наконец, я оказалась перед ними.
— Привет, семья! Папа, это моя мачеха? – мой голос звучал хрипло и одновременно вызывающе, словно внутри бушевал ураган. – Как вы можете так со всеми нами поступать?! А как же мама?
Папа и АсИ резко оторвались друга от друга, в их глазах вспыхнуло какое-то мимолётное осознание того, что их застукали на горячем, и появились сожаления на лицах, которое я успела прочитать. Увидев ярость в моём лице, они взглянули друг на друга как на двух преступников.
— Дани, – мирно начал разговор отец, – давай спокойно обо всём поговорим в другом месте, но только не на улице. Не горячись. Ты всё неправильно поняла. Не будем устраивать шоу для случайных прохожих.
Но я уже не хотела слушать. Я не хотела слышать никаких оправданий, никаких объяснений.
- Не нужно утруждаться. Мы никуда не пойдем! Пусть люди слышат! Мне плевать! Я и так всё поняла без твоих объяснений. Не маленькая. Мне уже хватило того, что видела своими глазами, – язвительно говоря, растягиваю на губах улыбку и смотрю на лучшую «подругу».
Аси от стыда спрятала глаза и сделала шаг назад, но ее молчание лишь подлило масла в огонь моей ярости. Я ощущала, как внутри меня растет буря, как нечто темное и свирепое пробивается к поверхности, и в ту же секунду мне стало ясно, что я не могу просто так уйти.
— Как ты могла, Ася? – моя чаша терпения переполнилась. – Ты всегда говорила, что семья — это святое. Ты рассказывала, что твой родной отец разбил тебе сердце и твоей маме, когда ушёл к этой молодой аспирантке! Ты предала меня, навсегда стерев границы доверия, которое у нас было.