- Марианна, солнышко моё, ты всё неправильно поняла.
Разговор длился на повышенных тонах. Голос его девушки отчетливо был слышен в салоне автомобиля даже не на громкой связи. Марианна плакала в трубку и кричала на Мишу, обвиняя в двуличности и лицемерии. Он посмотрел на зеркало заднего вида и заметил меня.
- Любимая моя, прости меня, пожалуйста. Мне очень жаль. Я тебе потом перезвоню.
И не дав договорить девушке, сбросил звонок.
- Даниэлла Алексеевна, только ты не начинай. Без тебя и так тошно.
- Я ничего и не говорю. Сам виноват. Тебе и выкручиваться.
- Мы договорились общаться на деловые темы. Так что давайте не будем разговаривать о том, что вы сейчас услышали.
- Миш, твои проблемы. Я ничего не говорю.
- Куда едем?
- В полицейский участок.
Сдаваться.
Хватит с меня лжи!
Пора получить искупление.
11 глава 2 часть
Я набрала номер Дамира, но так и не нажала «Вызов». Не смогла. Воспоминания о недавней ссоре были перед глазами. Я всё ещё была зла на него. Вместо этого, борясь с собой, подняла голову и, собравшись с мыслями, сказала:
- Миша, отвези меня в полицейский участок.
Он оторвался от телефона, и с недоумением уставился на меня:
- Чего? Зачем тебе полиция?
- Не задавай лишних вопросов. Это тебя не касается. Просто поверни за угол. Это на Горького, в пяти минутах езды.
- Ты сдурела? Что ты уже придумала?
Я отвернулась к окну, как будто там, за стеклом, находился ответ на все мои внутренние терзания. Встреча с Мариной — женой погибшего мужчины на похоронах и разговор с мамой раскрыли глаза на мой поступок. Я была такой безответственной и слишком бесчувственной к горю других людей, не думая о том, что у Дмитрия была семья, любившая его, а я лишь переживала за свои собственные чувства и переживания.
- Не твоё дело. Знай своё место, – он испытывает моё терпение, на любезности я не способна ответить.
Миша замер на пару секунд, потом резко дернул рычаг передач, и мы поехали.
- Как вам будет угодно, Даниэлла Алексеевна. У ваших тараканов, видимо, сегодня вечеринка, – не на шутку завелся он, и я почувствовала, как его раздражение перетекает в гнев.
На эту издёвку никак не отреагировала, поглощенная своими мрачными мыслями. Мы ехали в тишине, и я понимала, что решение уже принято. Признание может стать моей единственной надеждой на избавление от этого безумного груза. Может, тогда я смогу вновь вздохнуть полной грудью, освободившись от этих тяжелых оков, которые сама на себя надела. И от Олега, будущего мужа, избавлюсь и его жестких требований, указанных в брачном договоре.
Ремень безопасности уже несколько раз натягивался, впиваясь мне в грудь с дискомфортом. В конце концов, мы подъехали к полицейскому участку. Заставив себя выйти из машины, распахнула дверцу и вышла на улицу. Железные двери с грубой текстурой открывались с противным скрипом, отдаваясь неприятным эхом в коридоре. Я внутренне сжалась, почувствовав страх и нерешимость. Миша остался в автомобиле, его недовольное выражение лица, кажется, говорило само за себя все те слова, которые он не решился произнести вслух. Хорошо, что он не в курсе прошлых событий. Полицейский участок встретил меня холодным светом люминесцентных ламп, явным запахом кофе и гулом разговоров, которые порой накладывались друг на друга. Сердце бешено колотилось, но я шла вперед, не оглядываясь. Перейдя через порог, подошла к стойке дежурного.
- Чем могу помочь? – спросил он, даже не поднимая глаз от документации, явно погружённый в свои дела.
- Я… я пришла с повинной, – голос дрожал, но я не позволила ему сорваться и изменить своё решение. Я здесь! Не прячусь, забившись в угол. И всё ещё имею право на управление хоть какой-то частью своей никчемной жизни, какой бы она ни была.
Предварительно накаченная дозой успокоительного, чтобы не сорваться на истерику. Не поддаваться эмоциям, которые так и рвались наружу.
Офицер, наконец, посмотрел на меня оценивающе, будто делая выводы из сказанного мной.
- По какому делу?
- Четырнадцатого апреля произошло ДТП со смертельным исходом, – слёзы были готовы прорваться, но, взяв себя в руки, я продолжила говорить, – на перекрестке Гагарина и Цветном бульваре. Это произошло по моей вине. Я б-была пьяна за рулем и врезалась в машину Третьякова Дмитрия. Это полностью моя вина. Он умер из-за меня.