— Думаете, он вспомнит хоть что-то из этого утром? — спросила Хелен, хмуро взирая на супруга.
— Трудно сказать, — ответил Уолли. Его роман с алкоголем был долгим и отвратительным, и он провел не одно туманное утро, пытаясь вспомнить, что произошло накануне. Уолли отхлебнул кофе. — Послушайте, меня это не касается, но он часто это делает? Он говорит, что хочет работать здесь, и, что ж, нам нужно знать, есть ли у него проблема с бутылкой.
— Он не так часто выпивает. И никогда особенно не увлекался выпивкой. Иногда может пропустить стаканчик-другой на вечеринке, но он слишком много работает, чтобы злоупотреблять алкоголем. А поскольку я вообще к нему не прикасаюсь, дома мы его не держим.
— Мне просто любопытно. У меня были с этим проблемы.
— Жаль.
— Нет, все в порядке. Я не пью уже шестьдесят дней.
Хелен это не столько впечатлило, сколько обеспокоило. Уолли до сих пор сражался с бутылкой, и победа явно была еще далеко. Вдруг ее утомил разговор и вся эта обстановка.
— Полагаю, надо забрать его домой.
— Конечно. Или он может остаться здесь с собакой.
— Именно этого он и заслуживает. Хорошо бы он проснулся здесь на диване, в одежде, со страшной головной болью, расстройством желудка, пересохшим языком и не понял, где находится. Это пошло бы ему на пользу, вам не кажется?
— Да, только мне не хотелось бы снова за ним убирать.
— Он уже…
— Дважды. Один раз — на крыльце, второй — в туалете.
— Простите.
— Все в порядке. Но ему нужно домой.
— Я знаю. Давайте поднимем его.
Проснувшись, Дэвид мило поговорил с женой, как будто ничего не случилось. Он без посторонней помощи вышел из офиса, спустился по лестнице и добрался до машины. Он долго прощался с Уолли и сердечно благодарил его, а потом даже предложил сесть за руль. Хелен не позволила ему. Они съехали с Престон и направились на север.
Пять минут они молчали. Потом Хелен небрежно начала:
— Послушай, думаю, мне в общих чертах известно об этапах твоего путешествия, но я хотела бы выяснить кое-какие подробности. Что это был за бар?
— «У Абнера». Он в паре кварталов от нашего офиса. — Дэвид сполз по сиденью вниз и поднял воротник пальто, так что он касался его ушей.
— Ты бывал там раньше?
— Нет, хотя это отличное место. Я тебя туда как-нибудь свожу.
— Разумеется. Почему бы не сделать это завтра? И в котором часу ты появился в «У Абнера»?
— Между семью тридцатью и восемью утра. Я улизнул из офиса, обежал пару кварталов и нашел этот бар.
— И начал пить?
— О да!
— Помнишь, что именно ты употреблял?
— Давай посмотрим. — Он сделал паузу, задумавшись. — На завтрак я проглотил четыре особых «Кровавых Мэри» от Абнера. Они очень хороши. Потом съел тарелку луковых колец и выпил несколько пинт пива. Появилась мисс Спенс, и я попробовал два ее «Перл-Харбора», но повторить это мне не хочется.
— Мисс Спенс?
— Да. Она появляется каждый день, сидит на одном и том же стуле, пьет один и тот же коктейль — порядок всегда один и тот же.
— И тебе она понравилась?
— Я просто пришел в восхищение. Она очень мила, горячая штучка.
— Понятно. Она замужем?
— Нет, вдова. Ей девяносто четыре, и у нее есть пара миллиардов.
— Другие женщины там были?
— О нет. Только мисс Спенс. Она ушла примерно в полдень, и… давай вспоминать дальше. На обед я съел гамбургер и картофель фри, потом вернулся к пиву, а потом на каком-то этапе вздремнул.
— Вырубился?
— Называй как хочешь.
Возникла пауза. Хелен вела машину, а Дэвид буравил взглядом лобовое стекло.
— И как ты добрался из бара до той юридической конторы?
— На такси. Заплатил парню сорок баксов.
— А где ты сел в такси?
Пауза.
— Этого я не помню.
— Мы уже делаем успехи. И главный вопрос: как ты нашел «Финли энд Фигг»?
Дэвид затряс головой, размышляя. Наконец он ответил:
— Понятия не имею.
Им многое предстояло обсудить. Пристрастие к алкоголю: могут ли с этим возникнуть проблемы (несмотря на то, что она сказала Уолли)? «Роган Ротберг»: собирается ли он возвращаться? Стоит ли ей цитировать ультиматум Роя Бартона? «Финли энд Фигг»: действительно ли он говорил о них серьезно? Много мыслей крутилось в голове у Хелен и много слов, и целый список жалоб, но вместе с тем все это забавляло ее. Она никогда не видела своего мужа в столь «размазанном» состоянии, и то, что он спрыгнул из высокого небоскреба в центре города и приземлился на окраине, скоро превратится в семейную байку, а скорее даже в легенду. Он был цел и невредим, и только это на самом деле имело значение. И вероятно, он даже не сошел с ума. С этой «поломкой» можно справиться.