— Здравия желаю! — сдержанно проговорил Вольф, когда мы подошли ближе.
Голос нашего лидера прозвучал здесь как-то чужеродно. Человек посмотрел на него и кивнул.
— И тебе не хворать! — вроде бы тихо, но в тоже время весьма внушительно ответил гигант, — С чем пожаловали?
— Хотим поговорить, — Вольф не стал ничего выдумывать.
— Ну, заходите, если действительно хотите.
Вслед за хозяином вошли внутрь сруба. Там стояли несколько широких топчанов, внушительного вида стол и штук десять грубо срубленных табуреток. На простой мебели сидели или, развалившись, лежали восемь подростков разной степени запущенности. Пять девушек, и три парня, на вид — от шестнадцати до восемнадцати лет, почти мои ровесники. Хотя, кто знает их реальный возраст, учитывая то, что все они — оборотни?
Вожак уселся на самый большой табурет, отчего стал выглядеть еще более угрожающе. Его подопечные с интересом нас оглядывали, не проявляя, однако, никакой враждебности.
— Говори, кто ты и чего хочешь! — повелительно бросил вожак.
— Меня зовут Вольфрам Шлоссер, — медленно и с достоинством проговорил Клык, — Я здесь по просьбе людей из деревни Вольсорт. Они хотят, чтобы охота на них прекратилась.
— А почему меня должны волновать желания людей? — в тоне вожака появился лед, остальные оборотни занервничали.
— На них охотился кто-то из твоей стаи.
Вожак глухо рассмеялся.
— Я — Фенрир! — теперь он заговорил громогласно, заставив меня вздрогнуть, — Старейший и сильнейший вервольф Старого Света, а возможно, и всей Земли! Я тявкал щенком, когда этот мир еще был молод! Я бегал по лесу, что простирался от Балтийского до Южного моря, хотя в те времена у морей и названий-то не существовало! Тогда все земли числились Дикими, не появилось еще ни стран, ни городов, ни деревень! Человек был редким и робким гостем в наших лесах!
Он перевел дух.
— Я вижу в тебе, — Фенрир ткнул пальцем в сторону Вольфа, — Огромную силу и большой потенциал. Но ты всего лишь несмышленый щенок по сравнению со мной. Послушай внимательно то, что я скажу! Люди — короткоживущие козявки по сравнению с нами. Увы, ты полукровка и тебе сложно это понять! Люди считают оборотней странным капризом природы. Ликантропия — вот какое слово они выдумали. Они думают, это всего лишь заразная болезнь! Но истина совершенно иная. Давным-давно на этих землях не было ни одного человека, тут раскинулось царство зверей и оборотней! Вот кто истинные, исконные хозяева мира! Правда в том, что люди — это выродившиеся оборотни, что разучились перекидываться в свою истинную форму!
Фенрир замолчал, и воцарилась тишина. Другие оборотни почтительно подошли ближе и встали полукругом за своим вожаком, с благоговением слушая высокопарную речь. Признаюсь честно, меня она тоже весьма впечатлила.
— Пока я жил, сменялись страны и их правители, появлялись и исчезали не только целые города, но и народы. Да, сейчас могущество оборотней сошло на нет. Но не мое! Так ответь же мне, я спрашиваю еще раз! Почему меня должны волновать проблемы жалкой людской деревушки?
Мощь и убежденность Фенрира в своей правоте подавляла. В этот момент я бы, пожалуй, не нашелся, что ответить.
— Ты сам сказал, что время оборотней ушло, — спокойно возразил Вольф после секундного раздумья, — Нравится тебе или нет — теперь мы живем в человеческом мире. Да, люди слабы, но их много, и они гораздо сплоченней нас. Ты тронул деревню — пришли мы. Убьешь нас — придет гвардия. Ускользнешь от гвардии — явится целое войско. Это как снежный ком, растущий, пока катиться с горы. Или как мелкий камушек, вызывающий смертельный обвал. Ты знаешь, как это бывает. В этом мире вам не скрыться. И жить по своим правилам больше не получится. Нужно либо уйти, либо приспособиться. Договориться.
Несколько минут Фенрир хранил молчание, задумчиво поглаживая щетину.
— Я тебя услышал, полукровка, — печально сказал он, подняв взгляд на Вольфа, — Теперь уходите! Я обдумаю твои слова.
Стрелок и Анжела двинулись к дверям, но Вольф остался на месте.
— Фенрир! — смело проговорил он, — У меня есть еще один вопрос. Личный. Сто тридцать с лишним лет назад, во время странствий, не довелось ли тебе побывать в местечке под названием Лангесек?
«Черт возьми! Зачем он спрашивает? — мысли забились в голове, как мухи о стекло, потом вдруг пришло понимание, — Вольф решил, что именно Фенрир его укусил! И что? Что он предпримет?»