«Наверное, летать боится», — решил я, а женщина, как будто в подтверждение моих мыслей, вздрогнула, когда дирижабль пришел в движение и схватила мое запястье рукой.
Бояться летать на дирижабле, по-моему, нонсенс. Мало того, что движение судна очень плавное и внутри не ощущается ни тряски, ни перегрузок. Самое главное, что это очень безопасный вид транспорта. Вероятность аварии исчезающе мала, а даже случись такая, именно на дирижаблях для пассажиров наибольшие шансы выжить и не получить никаких повреждений при крушении. Но, как я знал, некоторые люди испытывают просто патологический, иррациональный страх полетов.
— Успокойтесь, все в порядке, — мягко сказал я женщине, стараясь вложить в голос как можно больше уверенности.
Только вот соседка не успокоилась, а задрожала еще сильнее. Ухватив мою ладонь уже двумя руками, она вперилась в меня диким взглядом и что-то зашептала. Я слегка наклонился к ней, стараясь расслышать слова, а женщина, воспользовавшись этим, быстро нагнула голову и жадно поцеловала меня в губы.
Я ошарашено отпрянул, еле сумев оторваться от страстного поцелуя.
— Вы должны мне помочь… — взволнованно зашептала она, продолжая сжимать мою руку, — Помогите, пожалуйста! Пойдемте… Пойдемте!
Она вскочила и потянула за собой. Я, растерявшись, позволил поднять себя и протащить в проход. Тут моя неожиданная спутница открыла дверь туалета, затолкала туда меня и втиснулась следом. Места едва хватило, чтобы стоять вдвоем, но это ее нисколько не смутило. Напротив, женщина закрыла дверь на защелку и бросилась обниматься.
Через мгновение одна ее рука уже была у меня в трусах, вторая обнимала за шею, губы впились неестественно страстным поцелуем. От такого напора я не устоял на ногах и уселся на крышку клозета. Женщина как будто ждала этого, тут же оголила себя и буквально запрыгнула на меня верхом, насаживаясь на мою плоть. Не давая мне опомниться, она принялась прыгать и извиваться у меня на коленях.
Ее сладострастные громкие стоны, наверное, переполошили полдирижабля, в дверь туалета забарабанили, грубый голос требовал открыть дверь. Женщину это не смутило, она продолжала скачку, только наращивая темп. В дверь ударило что-то тяжелое, мне показалось, что ее сейчас снесут с петель.
В этот момент женщина тонко вскрикнула и изогнулась дугой. Ее глаза почти вылезли из орбит, тело задрожало, руки и ноги скрутило конвульсией. Не прекращая содрогаться, она сползла на пол, сотрясаясь от мощнейшего оргазма.
Щелкнул замок, дверь распахнулась. Я вскочил на ноги, стараясь натянуть на себя штаны. За дверью стояли стюард и тот самый рослый мужчина, что помог при регистрации на рейс.
— Одевайся! — бросил он мне, выволакивая за шкирку из туалета.
— Я не знаю… Она сама… Набросилась, как дикая… — промямлил я, натянув штаны и стараясь справиться с пуговицей.
— Усадите этого подальше, — мужчина махнул рукой в сторону первого класса, — А я посмотрю, что с женщиной.
Стюард подхватил меня за локоть и вежливо провел между кресел. Меня усадили в пустом ряду первого класса, на максимальном удалении от других пассажиров. Едва стюард отошел, я достал с полки одеяло и накрылся с головой, пытаясь спрятаться от всех и хоть как-то осмыслить происходящее.
Я находился в состоянии шока. Мне казалось, что я или брежу, или сплю.
Никогда я не пользовался особым успехом у противоположного пола. В общем-то у меня было всего две женщины. Первая — школьная подруга, а вторая — моя девушка Энни, с которой мы жили вместе уже год. Никогда никто на меня не бросался вот так! Это просто дичь какая-то! Может у этой ненормальной бешенство матки или еще какая болезнь?
И сам я не ощутил никакого удовольствия. Вернее как, приятные ощущения были. Но морального удовлетворения — нет! Только серость и безблагодатность.
Если пробовал элитное вино, будешь ли ты радоваться крепкому пойлу? Когда отведал изысканное блюдо, сможешь ли насладиться простой яичницей? Наверное, да. Все зависит от ситуации и контекста. Два месяца назад я познал лучший секс в мире и обладал невероятной женщиной. Смогу ли я когда-нибудь радоваться близости с другой? Пока что — нет.
Гложимый стыдом и мрачными раздумьями, я провел оставшееся время пути, притворяясь спящим. Меня никто не беспокоил.
Дирижабль зашел на посадку мастерски — пилот умудрился сбросить гайдроп прямо к швартовочной башне. Через минуту нас притянули вниз, гондолу зафиксировали у посадочной стрелы.