Размышления не из приятных.
К счастью, они скоро вылетели из головы.
Прилетев в очередной раз Москву, Сергей, как всегда, провел заученный быстрый цикл: а) закупка товара, б) загрузка, в) отправка; только после этого позвонил Валентину.
– Что нового?
– А тебя что интересует? – мрачно ответил Валентин.
Сергей даже растерялся:
– Случилось что-нибудь?
– Ну, приезжай, расскажу…
А чего это я так переживаю за Валентина? – сам себе удивился Сергей, выезжая на Варшавское шоссе. Свои дела я завершил, товар в Томск отправил. Можно, собственно, и отдохнуть. Никуда правда не тянет, но сил нет, так все надоело. Это, наверное, «Русский чай» меня так встряхнул… Может, действительно съездить в Болгарию, вдруг подумал он, почему нет? Можно даже в Грецию съездить, Карпицкий поможет с визой… А Валентин что?… У Валентина теперь свои дела… Ну, помог он мне, действительно помог. Но ведь и я в долгу не остался, подсказал ему перспективную возможность… Может мне теперь и появляться у него не надо? Скорее всего, Карпицкий попросил его никого не подпускать к этому делу?…
Что-то тревожило Сергея.
Даже не то, чтобы тревожило, а так…
Ну, покалывало вдруг… Ну, всплывало что-то в душе…
Ревность? – удивился Сергей. Привык к вниманию Карпицкого? Вдруг всерьез начал считать, что Карпицкий относится ко мне как-то по особенному?… Да с чего бы это?… Ну, понятно, что в будний день поговорить ему о поэзии не с кем, и философию вспомнить… Но это так, отвлечение от главного, не больше… И подтверждение тому налицо: когда понадобилась практическая помощь, Карпицкий обратился к Валентину.
Пусть с моей подачи, но к Валентину.
– Я тут, пока тебя не было, обдумал предложение твоего перца, – хмуро прошелся по комнате Валентин. И попросил: – Ты только не капни жиром на бумаги, убери их от греха подальше на подоконник… Это твоего перца бумаги, – пояснил он. – Видишь, тесно у меня, а возможность расшириться уплыла вместе с прежней властью… Бери, бери пробуй курочку, для тебя жарил. Это мой собственный способ жарки, научился у одного немца… Надеюсь, ты ко мне с ночевкой? Вот это правильно, – покивал он, – успеем все обговорить.
– А есть что обговаривать?
– Есть, – Валентин снова вернулся он к Карпицкому. – Интересное твой перец сделал мне предложение, но чувствую, чувствую я, что есть в этом деле крепкие подводные камни… Ясно их не вижу, но чувствую…
– А конкретно?
– К неутешительным выводам я пришел.
– В чем?
– Да в самых простых вещах, – покачал головой Валентин, разливая по рюмкам водку. – Вот, скажем, тот же бизнес… Все так и говорят – бизнес, бизнес, – хмуро поддразнил он сам себя, – а сам подумай, что я в нем понимаю?
– А тебе это надо?
– Надо! – твердо ответил Валентин. – Если берусь за дело, то надо. А что я понимаю? Я же начинал не в экономическом отделе. Все эти законодательные нормы, касающиеся договоров и поставок… Все эти особенности прохождения денег через банки, таможенное право, валютное регулирование… Тут сам черт ногу сломит. Боюсь, не потянуть мне без консультанта.
– Найти консультанта не проблема.
– Может быть…
Какая-то недоговоренность повисла в воздухе.
Снимая эту недоговоренность, Сергей вопросительно взглянул в сторону подоконника: что, дескать за бумаги? Он готов был к любому ответу. Даже к тому, что Валентин уклонится от обсуждения.
Но Валентин кивнул:
– О них-то и хочу поговорить.
Это поговорить вылилось у него чуть не в лекцию.
Рассказывая, он часто обращался к схеме, вычерченной от руки на листе плотной бумаги. Кружочками были обозначены города и поселки – Алма-Ата, Самара, Москва, Таллинн, Выру, Пыльву, Лянтор, а рядом названия расположенных там предприятий и фирм – БОР, КИНАП, МАП, РПЮЭ, «Айдор», ЭСТТРАНСТРОЙ. И все это было увязано жирными стрелками, отражающими пути возможного движения денег и соответствующего товара.
– Где ты такому научился? – удивился Сергей.
– Нас много чему учили, – усмехнулся Валентин.
И предложил:
– Налей еще по маленькой.
– Никак не врубишься в это дело?
– А ты взгляни… – Валентин бросил безнадежный взгляд на бумаги. – Видишь, сколько я накопал?…
– Это все от Карпицкого?
– От него, от твоего перца, – кивнул Валентин. – Но выдавал, конечно, не он. Выдавал бумаги Дима, есть у него такой помощник.
– С бородой по грудь? Похож на Маркса?
– Вот именно.
Перехватив недоумевающий взгляд Сергея, Валентин поспешил пояснить:
– Ты не подумай, я никаких тайн тебе сейчас не выдаю. Больше того, твой перец сам намекнул на то. что я могу советоваться с тобой. – Валентин сделал большой глоток: – Для него такие консультации, пусть и временные, удобны, конечно, – усмехнулся он. – И никому платить не приходится, и парень ты толковый и головастый, с опытом.
– А в чем, собственно, дело?
– А в том, что я должен подготовить кучу документов для подачи в арбитражный суд.
– Ну и в чем дело?
– Да как раз в них, в этих документах! – Валентин отодвинул бутылку. – Тут слишком многого не хватает, а то, что есть, далеко не всегда соответствует нужному уровню. Вот смотри, – разложил он бумаги поверх своей схемы. – Основным документом может стать оригинал гарантии банка РПЮЭ. «Банк такой-то, – процитировал он, – обязуется, в случае поставки фирме «Айдор» такого-то количества противогазов по такой-то цене, проплатить сумму в размере такого-то количества долларов США». Видишь, какая тонкость? – усмехнулся Валентин. – Форма оплаты нигде здесь не указана. Наличка пошла в дело или воспользовались безналичным расчетом – этого мы не знаем, нигде это не указано. Нет и договора между Московским Акционерным Предприятием и таллиннской фирмой «Айдор». Нет важного документа, конкретно поручающего алма-атинской фирме БОР совершить проплату самарскому заводу КИНАП. Наконец, нет самого главного договора – между МАП и фирмой БОР.
– А что у тебя есть? – удивился Сергей.
– Есть платежное поручение между фирмой БОР и заводом КИНАП, – усмехнулся Валентин. – Но это плохая факсовая копия. В дело такая не годится. А жаль, – выдохнул он. – Ведь именно это платежное поручение доказывает, что противогазы, упомянутые в гарантии банка, действительно были оплачены… Имеются таможенные квитанции. Вот они. Завод КИНАП отгрузил в адрес фирмы «Айдор» заказанные противогазы в количестве двух четырехосных вагонов, и вагоны действительно пересекли границу… Есть оригинал складской расписки, предоставленной нашему перцу, что где-то в Таллинне эти противогазы складированы…
– Ну, хорошо. Давай конкретно. Имеем мы такие документы, а таких не имеем, что из этого следует? – спросил Сергей, когда Валентин (как бесплатному консультанту) выложил ему всю известную ему (со слов Карпицкого) историю с поставкой противогазов в Таллинн.
– Что следует?… Ну, как… Если вместо оригиналов мы сумеем получить четкие копии отсутствующих документов, то, дополнив их договорами «Айдор»-МАП и МАП-БОР, вполне сможем подготовить все эти документы для подачи в арбитражный суд. И прежде всего, на территории, на которой зарегистрирован банк РПЮЭ. В данном случае, на территории Эстонии. Насколько я понял, поговорив с одним знакомым юристом, нынешнему эстонскому законодательству это не противоречит.
– Что значит вместо оригиналов?
Валентин уклончиво повел головой:
– Ну как… Хорошую, я имею в виду по-настоящему хорошую копию документа всегда можно представить как оригинал, правда? Хотя и тут, понятно, есть свои сложности. Скажем, печать таллиннской фирмы «Айдор»… Вряд ли господин Хейнке, несмотря на его предполагаемую трусость, согласится предоставить мне оригиналы принадлежащих ему документов, а тем более свою печать… Кстати, – вспомнил Валентин, – среди имеющихся у меня документов есть даже такие, что выполнены на эстонском языке. Так что, – усмехнулся он, – придется нашему перцу раскошеливаться еще и на переводчика… Что же касается МАП и алма-атинской фирмы БОР…