Главной причиной рассмотренных двух массовых явлений в русской армии во время Первой Мировой войны являлось то, что, по мнению автора, солдаты и народ России в своем большинстве ЭТУ ВОЙНУ СЧИТАЛИ НЕСПРАВЕДЛИВОЙ и оба этих явления УЖЕ «ПРОЦВЕТАЛИ» ЕЩЕ ДО ПОСЛЕДОВАВШИХ В 1917 Г. РЕВОЛЮЦИЙ! Большевики приписываемой им разрушительной роли в разложения армии не играли в силу простого отсутствия у них в то время соответствующих практических возможностей.
Императору и его полководцам было трудно управлять армией в данной войне, в которой многие русские солдаты не желали воевать с присущими именно русским воинам самоотверженностью, отвагой и лихостью, свойственных им в прежних войнах. Это была не их война и явно не за Родину, а за царя и веру уже не очень-то хотелось голову класть, хотя монархисты и церковь с этим категорически и бездоказательно не согласны.
Б) Экономические изменения в Российской империи в годы Первой Мировой войны
Этот вопрос рассмотрим преимущественно на материалах советского историка, доктора исторических наук, профессора, специалиста по экономической истории России начала XX века – А.Л.Сидорова. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РОССИИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА». Москва, 1973.
Введение всеобщей воинской повинности в большинстве стран Европы, быстрый рост регулярных армий и образование огромных обученных резервов стихийно наталкивали военных специалистов на мысль, что в будущих войнах армия будет представлять фактически весь народ, а исход войны будет решаться не отдельными выигранными сражениями, а истощением одного из участников войны. Такая постановка вопроса приводила к признанию зависимости боеспособности армии от роста промышленности, железных дорог и технического прогресса. Особенно большое значение придавалось железным дорогам.
Русско-японская война с ее ограниченными масштабами не способствовала формированию правильной точки зрения среди работников русского Генерального штаба. Военные руководители окончательно согласились с тем, что будущая война будет скоротечной, продлится несколько месяцев и, во всяком случае, не более года. Соответствующие взгляды развивались и в военных академиях.
Первая мировая война 1914 г. с первых же дней стала вестись с огромным напряжением всех людских и материально-технических ресурсов. Мир не видел еще под ружьем столь больших армий, вооруженных огромным количеством орудий истребления людей – пушками, пулеметами, минометами, авиацией. Линия Восточного фронта России только в Европе растянулась на 1.500 км. С началом войны Российской империей была проведена мобилизация, после проведения которой русская армия насчитывала (вместе с кадровым составом) 5,5 млн. человек, а после дополнительных призывов в 1914 г. под ружьем уже было 6,5 млн. человек (А.Л.Сидоров. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РОССИИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА». Москва, 1973. Раздел первый. Царское правительство и военно-экономическая мобилизация тыла. Глава первая. Роль промышленности в боевом снабжении армии в начале войны).
Естественно, что эта армия сразу поглотила мобилизационные запасы и предъявила к слабой русской промышленности невиданные ранее требования. Огромную армию надо было вооружить и пополнять вооружение, одеть, накормить, перевезти и т. д. Все это по-новому ставило вопрос о роли промышленности в работе на армию. Можно с полной уверенностью сказать, что среди государственных и военных руководителей России никто не думал до войны об организации тыла, о работе всей промышленности для снабжения армии на случай такой войны, которая началась. («Мобилизация промышленности в иностранных государствах» вып. 1. М., 1924, с. 5–7). В своей работе («Мобилизация промышленности для нужд войны. Общие основы» М., 1925, с. 60–61) П.Каратыгин высказывает мнение, что германская военная доктрина также исходила из краткосрочности войны, но более сильные производственные средства позволили ей быстрее исправить начальную ошибку. Германия быстрее своих противников провела мобилизацию промышленности, и это обеспечило ей перевес в боевой технике.
Начавшаяся война со всей очевидностью показала, что русской армии, имевшиеся запасы, заготовленные в мирное время, позволили только ее начать. А далее требовались те средства, какие ей должны были предоставить производительные силы своей страны. (Е.З.Барсуков. Указ соч., т. 1, с. 160–161).
В целом мощность трех оружейных заводов России использовалась за три предвоенных года от 7 до 12 %. Их суммарная годовая производительность была рассчитана на 525.000 винтовок, а изготовлено было в 1911 г. 37.000, в 1912 г. – 47.000 и в 1913 г. – 65.000 штук (ЦГВИА, ф. 962, оп. 2, д. 48, л. 33. Свод сведений о численном составе войск, ружьях, пулеметах и патронах). Одновременно с катастрофическим сокращением производства винтовок Главное Артиллерийское Управление (ГАУ) в целях экономии в 1912 г. сократило на заводах запасы стальных ствольных болванок с 240.000 до 100.000 штук. Поэтому к началу войны на заводах осталось ограниченное количество болванок для изготовления винтовок. В результате целая армия (140.000 человек) в первом году войны осталась без винтовок.