За инфляцией должны были последовать массовые беспорядки, волнения на национальной почве. В этом заинтересованы были все - первые секретари республик из-за катящегося по стране вала арестов, начавшегося еще при Андропове, были кровно заинтересованы в некоторых гарантиях своей безнаказанности, а их могло дать либо независимое государство, либо некий документ, в котором была бы прописана их неприкосновенность. Такой документ втайне готовился и назывался он союзным договором - новым, хотя никто не мог вспомнить, когда подписывался и в чем заключался старый. Этот союзный договор ограничивал власть центра и сам по себе, своими формулировками создавал вероятность будущего развала - тяжелого развала, с кровью. Но это и было предусмотрено его составителями. С этой же целью активизировались так называемые "народные фронты" - их начали создавать после смерти Андропова, Андропов никогда бы не позволил никому играться с такими вещами. Официально фронты создавались - опять таки по предложению советских think tanks, думающих танков, мозговых центров наподобие американских - в ответ на рост межнациональной напряженности и с целью взять ситуацию под контроль, ввести ее в некие приемлемые рамки, оседлать волну, так сказать. Никто - даже в КГБ никто - так и не понял, что при необходимости эти структуры: готовые, с организаторами, исполнителями, наработками, которые делались вообще то для свержения капиталистических режимов в других странах - станут тараном, чтобы развалить государство, чтобы развалить Союз. Просто будет отдан приказ сверху - и он будет исполнен. И те кто писали расписки и были агентами органов будут говорить громче всех, и говорить упоеннее всех, только для того, чтобы отвести от себя подозрения.
Заинтересованы были в личной безопасности и кооператоры. Мутная поросль бизнеса новой волны, не знающая и не желающая соблюдать никаких правил, обналичивающая один к двум, открывающая видеосалоны с Эммануэль и Брюсом Ли, ввозящая в страну первые компьютеры - она тоже была заинтересована в бардаке. Тогда шел период первоначального накопления капитала, дерзкий, с кровью, со свистом нунчак, с полным беспределом и правовым вакуумом, когда каждый делал то что мог делать. И все "накопители" - смотрели только на день-два вперед, зарабатывая по пятьсот процентов навара с каждой сделки, и даже не догадываясь, что может быть время, когда милиция просто придет, и просто предложит тебе поделиться доходами, а милиционеры, сейчас ковыляющие на дряхлой канарейке, на которую выделяют хорошо если десять литров топлива в день - будут ездить на автомашинах лучше, чем есть у них самих.
Надо сказать правду - заинтересован был и народ, заинтересованы были самые широкие слои населения, и таких было если и не большинство - то очень значительная часть. В этом и заключалась трагедия - они, те кто рушил Союз - "попали в струю", народного недовольства, народного гнева, народной жажды перемен. Те, кто это делал отлично понимали жажду перемен народа: просто если долго врать, при этом ничему не веря - это все равно становится заметно, а потом - еще и становится омерзительно. Но дело было еще и не в этом.
Почему то всем - кооператорам, шахтерам, уже говорящим о забастовках и не желающих брать ипотеку под три процента годовых с выплатой половины стоимости квартиры шахтой где они работают, колхозникам, создающим хозрасчетные бригады, заводчанам со своими НТЦ******** и временными группами, где зашибали по три зарплаты за месяц - почему то у всех у них было какое-то светлое, и по детски наивное представление о том, что стоит только добиться каких-то своих прав - и они будут жить как при капитализме, а платить за свет, газ, воду, все прочее - как при социализме. Что в аптеках будут дешевые лекарства, что будет бесплатное лечение и бесплатная школа для детей. Наконец - что если кто-то стоит в очереди на получение квартиры - то ему ее дадут и обязательно бесплатно. Удивительно - но это представление было, и нельзя сказать, что оно было разожжено громкими обещаниями на пустом месте, оно было и до этого, до тех пор, когда люди, желающие разрушить страну, предложили всем растаскивать ее по кусочку, урывать - и грызть в своей норке. Почему-то ни в советском детском саду, ни в советской школе не учили, что бесплатно ничего не бывает, и за все надо платить.