Его губы скользнули на грудь парня, язык стал ласкать правый сосок Максвелла. Хотелось нежности, прикосновений. Хотелось чувствовать, что они вместе, что они рядом и все будет хорошо.
Макс зарылся пальцами в волосы Дориана, вторая рука лежала на плече любимого, словно боялся убрать ее, разорвать прикосновение, и потерять его в этой темноте. Но в то же время темнота обострила ощущения и ласки Дори были сногсшибательными. Макс стонал и выгибался под губами любимого.
Дориан не останавливался ни на секунду, целуя все тело, он ловким движением оказался над Максом, вновь впился в губы парня, а руками скользнул к ремню джинс, желая поскорее оказаться вовсе без одежды. Стащил джинсы с нижнем бельём со своего парня, а следом с себя и прижался уже полностью обнаженным телом.
— Люблю тебя, мой Дориан, — не выдержал Макс, крепко прижимая любимого к себе, — люблю. — Он мягко уложил парня рядом, нависая над ним и с легкого поцелуя в губы спустился на нежную кожу шеи, которую так обожал выцеловывать и вылизывать, создавая целые дорожки и узоры.
— Люблю тебя, мой Макс, — прошептал Дориан в ответ, продолжая руками скользить по всему телу, прижимался к парню всем телом. Ощущать Макса рядом, быть с ним — это все, что так было нужно Дориану.
— Мы вместе навсегда, несмотря ни на что, — прошептал Макс, спускаясь на грудь поцелуями. Не задерживался, а продолжил облизывать идеальный живот, бедра, лизнул возбужденный орган Дори, сочащийся смазкой. Потом прикоснулся губами, исследуя каждый сантиметр нежной кожи члена. Язык не отставал от губ, помогая в исследовании.
— Навсегда, — шептал Дориан, пальцами зарывался в волосы Макса, пропуская прядки сквозь них. Стонал, выгибаясь всем телом навстречу таким желанным и любимым губам. Затем Дориан ухватил парня за плечи, притягивая к себе и жадно целуя в губы, вжимаясь в Максвелла, принялся вылизывать рот парня.
Макс отвечал на поцелуй страстно, горячо так, что даже темные пятна от нехватки воздуха их не остановили, но Максвелл все-таки пощадил любимого, чуть отстранился, на ощупь разыскивая тумбочку у кровати, не рассчитал и свалился внезапно на пол, и в первые пару минут был не в состоянии даже вернуться на кровать, потому что смеялся, — извини, извини, любовь моя, я сейчас, — наконец, проговорил он, нашаривая тумбочку и доставая смазку.
— Видимо, сегодня без происшествий никак, — рассмеялся Дориан, вновь целуя Макса, когда тот вернулся на кровать. Его руки ласкали соски парня.
— Точно, — усмехнулся Максвелл, поцеловал Дориана в уголок рта, когда разорвали поцелуй. Он выдавил смазку на пальцы, отложил бутылочку чуть подальше, но чтоб не искать долго, и снова вернулся к любимой им шее Дориана. А один палец ввел в любимого, нащупывая простату.
Дориан застонал, стараясь насадиться на палец Макса сильнее. — Макс, мой Макс, — стонал парень, скользя пальцами по плечам, спине Максвелла, невольно царапая кожу ногтями.
Макс добавил второй палец, продолжая задевать заветную точку, изнемогая от желания, целуя — вернее, больше уже просто водя языком и губами по бархатной коже подбородка, переходя на губы или спускаясь на грудь к соскам.
— Макс, — Дориан стонал, метался под парнем, толкаясь навстречу пальцам, желая чувствовать его внутри, — хочу тебя, безумно хочу, мой, мой Макс, — шептал он, сжимая пальцы на предплечьях парня, скорее всего делая ему больно, но не мог заставить себя разжать руки.
Максвелл лизнул любимого в нос, облапил его за роскошную и упругую задницу, меняя пальцы на свой орган и медленно вошел до конца. Дориан был тут, рядом с ним, даже не видя его, лишь ощущая всем телом, слыша сбившиеся дыхание, шепот — Макс понимал это достаточно, чтоб любить безумно и желать быть рядом вечно. Стал двигаться, медленно и бережно, внезапно испытав желание прижаться к Дориану, почти навалиться всем телом, но потом таки руки от восхитительных ягодиц убрал и оперся на локоть одной, а второй разрешил бродить вдоль тела Дориана и ласкать все, что попадется. Сам целовал губы между тяжелыми попытками вздохнуть нормально.
Дориан сходил с ума от близости, от ощущения Макса внутри. Толкался навстречу, отвечал на поцелуи, а руками скользил по всему телу. Ему было нужно просто чувствовать Максвелла рядом, знать, что он здесь и парень был абсолютно счастлив.
Чувствуя что его скоро накроет, Макс ускорился, принявшись ласкать орган Дориана нежными и ласковыми движениями, стараясь попадать в такт фрикциям.
Он вдруг словно бы поставил себе за цель кончить с Дори одновременно, поэтому прислушивался к любимому, хоть не видя чудесных глаз и лица любимого, он знал что и Дори близок.
Дориан предчувствовал приближение оргазма. Его стоны стали громче, он активнее насаживался на пальцы Макса, сходя с ума от наслаждения, от ощущения единства, от мысли, что они вместе, рядом. Что Максвелл будет с ним, чтобы не случилось. Всегда вместе. Ещё несколько движений парня и Дориан кончил, чувствуя, как его парень изливается внутрь. Они в очередной раз кончали одновременно. Он слышал стон Макса, который сорвался с губ парня вместе с его стоном.
Макс лёг рядом с ним, довольный. Он не был суеверен, не верил ни во что, но когда ты сам себе загадал, что «если и сейчас кончим одновременно, значит, будем жить вместе долго и счастливо и умрем в один миг вместе». Хотя это, наверное, он протупил из-за напряженного дня, раз не сориентировался, что они и так умрут одновременно. Он обнял Дориана, зарываясь лицом в его волосы. — мой Дориан, — проворковал бравый воин Максвелл, и в голосе была лишь любовь.
— Мой Макс, — вторил ему Дориан, прижимаясь всем телом, как можно ближе, — я знаю, что пока ты рядом — все будет хорошо, чтобы не случилось.
— Я всегда буду рядом, любимый, — проговорил Макс, крепче прижимая к себе Дори, — всегда.
Он уже подумывал о маршброске в ванную, кучу милых забав там же, когда Дор вдруг отстранился и застонал. Макс сорвал с глаз бинт, садясь и испуганно смотря на соула.
— Мои глаза, — простонал Дориан, резко садясь и закрывая лицо руками. Боль была адской, невыносимой и мешала думать, но все это было ему уже знакомо. Мутация, это была мутация — он не мог ни с чем это перепутать. Он стал лихорадочно вспоминать, есть ли в комнате мутаген, но вчера после тренировки он использовал последний. Надо срочно сориентироваться, что лучше всего сделать, — Макс, это мутация. Мне нужно…
Но договорить он не успел, в комнату без стука, с бешеными глазами и шприцом в руке, влетел Бейн.
— Макс, держи его, — сказал он с порога, захлопывая дверь, — у него новая мутация.
Макс мгновенно уложил Дориана на постель, придерживая за плечо, второй рукой он успел потянуть одеяло и прикрыть Дориана до пояса. Самому уж придется посверкать перед братом наготой и спермой на теле.
Магнус ловко вколол мутаген в вену Дориана.
— Дори, — сказал он, — природа мутации отличается от мутации Скотта. Так что ты можешь открывать глаза спокойно, — сказал Магнус, снимая с Дориана кулон, — сейчас подавление способностей будет только мешать.
Дориан почувствовал, что боль отступает, мутаген помогает ему справляться, а ощущение руки Макса успокаивает. Он убрал руки от лица и открыл глаза, глядя на своего соула и своего друга, и аж подскочил на кровати от неожиданности.
— Я вижу насквозь, — рассмеялся он, зажмуривая глаза и делая несколько глубоких вздохов.
— Рентгеновское зрение, — усмехнулся Бейн, — я думаю, что дальше вы тут без меня, — сказал он, — потом Хэнк хочет обсудить, что спровоцировало у тебя новую мутацию, но это потом, пожалуй, — сказал Магнус, буквально вылетая обратно из комнаты.
А Дори вновь открыл глаза. Комната и Макс пришли в норму. “Снова придётся учиться контролю”, — подумал мутант, надевая кулон обратно на шею. Во всяком случае, у него есть вариант пока подавить свою способность.
— Ну вот, никакого отпуска, — выдохнул он, глядя в глаза Максвелла.
— Вот и хорошо, — выдохнул Макс, не отрывая взгляд. Потом засмеялся облегченно и обнял Дориана, со всей силы прижимая к себе.