— Начало интригующее, соул, — одобрительно проговорил Бальт, — если продолжение будет не менее эффектным, если ты сможешь удивить меня, а я, черт возьми, повидал на своем веку многое — то тогда и я постараюсь для тебя. Но никаких больше подначек, на слабо ты меня не возьмёшь, я, и только я, здесь буду решать как и что будет происходить. Так что заткнись, Логан, и продолжай.
Логан продолжил двигаться и удавалось ему это вполне не плохо. Он все-таки знал, что его тело — идеальное тело воина с литыми мышцами привлекает внимание и он прекрасно знал, как лучше его преподнести. Пара уроков от Локи и любой начнёт двигаться в танце так, чтобы показать себя со всех сторон. Вскоре на Джеймсе уже не осталось одежды и он с огнём в глазах глядел на своего соула.
— Ты ожидаешь похвалы? — фыркнул Бальт, — тело твое идеальное, но техника исполнения так себе. Еще отрабатывать и отрабатывать. Но прежде чем мы продолжим, соул, надо договорится о двух моментах. Чтобы ни происходило, чтобы я ни делал, никаких когтей и прикладывания силы больше обычного твоего поведения. Я, конечно, переживу, но я не люблю, когда секс сочетается с кровавыми ранами и оторванными конечностями, — потом ухмыльнулся, — это я про себя, про раны на тебе мы потом еще поговорим, и второй момент. Ты ж наверняка слышал про стоп-слово? Когда ты почувствуешь, что готов сорваться или что-то не нравится и тому подобное — скажешь «Ричард», да, это имя моего отца. Ничто не может быстрее меня выдернуть из любого состояния чем напоминание об отце. Согласен?
— О, я не могу обещать тебе, что обойдётся без ран, — рассмеялся Логан, — только ты забываешь, что я не чувствую боли, а любая рана затягивается в течении пары секунд. Ты думаешь, что мне нужно стоп-слово? — усмехнулся парень, — хотя да… Мне может стать жутко скучно — тогда оно пригодится.
— И это говорит тот, кто обвинял меня в выпендривании, или это ты у меня уже подхватил? — фыркнул Бальт. Он легким движением расстегнул пояс с ножнами, откидывая в сторону. Скинул футболку. Кнут Изабель остался на руке, словно он про него забыл. Потом медленно подошел к соулу, скользя восхищенным взглядом по телу. Ему нравился Джей, ему нравилось его тело. Но на лице была холодная равнодушная улыбка. —Давно я хотел заполучить тебя в свою власть, — проговорил он хищно, — а еще моя давняя тайная мечта — поставить тебя на колени. Надеюсь, ты достаточно послушен, мой соул, чтоб выполнить мою мечту? — Бальтазар толкнул его в грудь ладонью, а потом сжал пальцы на плече, намечая попытку поставить его на колени. Применять силу было глупо, Бальт даже при помощи крыльев, не мог бы Росомаху сдвинуть с места. Или опрокинуть.
Логан послушался, и встал на колени.
— Отлично, — Бальтазар стряхнул с руки кнут, он уже привычно впрыгнул рукоятью в ладонь правой руки, — я хотел увидеть тебя на коленях с самого первого взгляда на тебя. А уж когда узнал о твоих способностях, прямо загорелся этой мечтой. Ведь это так волнующе и возбуждающе, когда тот, кто может в мгновение ока разодрать тебя в клочья, стоит на коленях, такой послушный, такой покорный, — Бальтазар медленно шел вокруг стоящего на коленях Логана, и его низкий вибрирующий голос был холоден и остр, словно бы он угрожал расправой, причем смакуя ее со всеми подробностями. Так же холоден, что самое интересное, был металлический кнут Из, который свисал свободно, раскачиваясь и задевая Логана кончиком, а сам Бальтазар концом короткой металлической рукоятки вел по плечам и груди Джея. — Те, кто был у меня в Ордене, были все слабы. Им даже смысла не было такое предлагать. А тут ты, как подарок с небес. Ну что, нравится? Нравится стоять на коленях перед тем, кто слабее тебя, ожидая, что будет дальше, пытаться угадать, на что способна моя фантазия? Потому что я не собираюсь сдерживаться, и ограничивать себя в желаниях. — Он остановился, прижавшись бедром к обнаженному плечу Логана, ощущая сквозь ткань джинсов жар тела парня. С силой вцепился в волосы Джея, оттягивая назад его голову, чтоб видеть глаза. И лицо. — Давай-ка расскажи, о чем ты думаешь?
— Я думаю, что ты слишком много болтаешь и слишком мало действуешь, — усмехнулся Логан, — я думаю, что мне уже стало скучно.
— Это мне будет скучно, если ты будешь таким нудным, — фыркнул Бальт. — Вся соль в минимуме действий и максимуме реакции, хотя когда я научусь считывать твои отсутствующие реакции будет намного легче, — он грубовато прикусил губу Логану до крови, и поцеловал агрессивно, страстно, ощущая вкус крови на губах. Заводило все — и солоноватый привкус, и подставленные покорно шея и губы, и ощущение власти. Джей, самый сильный, непобедимый, почти бессмертный, стоял на коленях и с интересом ждал его действий. И он целовал, доминируя, нагибая язык Логана в прямом смысле этого слова, исследовал рот соула с диким напором и яростью. Когда воздух кончился, он не оторвался, лишь сдвинулся на губы и кожу подбородка, продолжая оттягивать волосы назад, чтоб иметь доступ ко всему, чего хотелось в данный момент. При этом притирался уже серьезно твердой выпуклостью в джинсах к плечу соула, а кнут обвил два раза вокруг шеи Логана.
Джеймс покорно выполнял требования Бальта, позволял своему соулу все, что тот пожелает. Чувствовать себя в чужой власти — это заводило, сводило с ума. Привкус собственной крови во рту — был одурманивающим. И пусть он не чувствовал боли — он чувствовал, что над ним доминируют, что его могут покорить. Что наконец-то нашёлся тот, кому он может позволить властвовать над собой. Кто-то, кто является равным, с кем можно быть собой. Воплотить в реальность давние мечты. Сильный, непокорный Логан всегда хотел встретить равного, мечтал хотя бы на время перестать быть сильным, чувствовать, что есть кто-то сильнее. И, черт, Бальтазар полностью оправдывал ожидания парня.
Бальтазар, теряя голову от покорности соула, выцеловывал шею Логана, то нежно облизывая, то прикусывая, придавливая губами нежную кожу, кнут он бросил рядом. Почему-то он думал, Логан будет продолжать своенравничать, и ему придется что-то изобразить с кнутом наперевес, но парень так быстро сдался, что Бальтазар просто охренело принялся творить, что хочет. А хотелось этого идеального тела с литыми мышцами, которые буквально требовали его внимания. Он уложил Джея на пол и принялся смаковать. Целовал, кусал, прикусывал кожу, лизал, облизывал, выписывал языком узоры, когда изучил всю шею — спустился вниз на грудь, прикусил правый сосок, обвел языком, при этом руками скользил по мышцам, то нежно приглаживая подушечками пальцев, то царапая ногтями, то зажимая пальцами кожу. В джинсах и боксерах было жутко неудобно, но оторваться от поданного лакомства не мог даже на секунду.
Логан лишь подставлял свое тело под ласки Бальта, скользя руками по его спине и плечам, прижимая своего соула еще ближе. Но хотелось большего контакта, поэтому он руками скользнул на ремень джинс, стаскивая с парня джинсы, вместе с нижним бельем и обхватывая ягодицы руками, прижал Бальта, как можно ближе к себе.
— Спаситель ты мой, — фыркнул Бальт, возвращаясь к губам Логана, но замирая, глядя в глаза, — что-то ты слишком тихо себя ведешь, тебя будто бы подменили. Это точно ты? Мой сильный и страстный соул? — он поднял бровь, — а то такое ощущение, что я могу продолжать — ты даже не трепыхнешься. Продолжать и… — он прикусил нижнюю губу Джея, оттягивая ее немного, — делать что хочу. Например, взять тебя грубо и зло, без смазки и подготовки, все равно отрегенишься, а?
— Так ты бы сказал, что тебе нужно как обычно, — фыркнул Логан, резким движением меняя их местами и придавливая Бальтазара к полу, — сказал бы, что ты не способен взять в руки власть целиком и полностью, — прошипел он, впиваясь в кожу шеи грубыми поцелуями, — я-то думал, что ты способен меня полностью подчинить, но я, видимо, жестоко ошибся, — губы Логана были повсюду, покрывая тело Бальта полуукусами, полупоцелуями.
Бальт ухмыльнулся, не без труда выскользнул из-под Логана, подхватывая кнут и наваливаясь сверху на Логана, обвил шею кнутом и, сильно потянув, частично придушил парня. — с чего вдруг ты решил что можно без разрешения дергаться? — прошипел он, — всего лишь маленькая провокация и ты показал, что в тебе еще полно непокорности, мой соул, — он притерся своим возбужденным органом к ягодицам Логана, одной рукой крепко сжимая концы кнута, — где извинения и заверения в послушании?