Серёга молча стоял рядом и наблюдал за её реакцией. Она подняла на него глаза, и Серёга ожил.
— Будешь бутерброды с икрой?
— Угу, буду. Опять гости с Дальнего Востока?
— Да, и оттуда тоже. Сейчас Саша подойдёт, и мы поговорим. Он сюда из-за тебя примчался.
— Из-за меня? Зачем?
— Он сам объяснит. — Серёга отошёл к кухонному столу, потрогал электрический чайник и включил его подогреться.
— А ты не можешь?
Серёга обернулся к ней, и с улыбкой подмигнул.
— Нет, не могу. Сам точно не знаю. Не дрейфь! Мне кажется, тебя ожидает интересное предложение.
— Какое предложение?
В этот момент в кухне появился сам Саша. На руках у него устроился Персик. Подрос уже, бродяга. Всё мы его котёнком называем, а ведь он уже почти взрослый кот.
— Привет, Юля? Выспалась? — улыбнулся Саша.
Она кивнула.
— Привет. Да, выспалась. Хотя могла бы ещё пару часиков поспать. Серёга сказал, что ты хотел со мной поговорить?
— Да, хотел. — Он опустил кота на пол. Потом выпрямился, отряхнул ладони и рукава свитера и вздохнул. — Мне нужно будет забрать Серёгу на несколько дней. Как ты? Справишься без него? Не будешь скучать?
— Куда забрать?
— Сложный вопрос. Нам во многих местах побывать придётся. В нескольких странах и, возможно, даже на некоторых планетах. Работы много предстоит, и мне одному будет трудно.
— На других планетах? Ух ты! Правда, что ли?
Саша улыбнулся и покачал головой.
— Юля, Юля… Быстро же ты забываешь, что тебе сказали. Помнишь, я говорил, что своих друзей никогда не обманываю?
Она тоже усмехнулась.
— Откуда мне знать, друг ты мне или нет?
— Я испытываю к тебе дружеские чувства.
— Ну и что? Сам же знаешь — дружба предполагает равные отношения. А какие у меня могут быть отношения с демиургом? Серёга тебе тоже не друг, а помощник. Скажешь не так?
Саша усмехнулся.
— Верно понимаешь. Дружба действительно предполагает равенство в отношениях. Но знаешь, в мире живёт достаточно людей, которые считают меня своим другом. Хотя они хорошо знают, кто я таков, но им это знание почему-то не мешает. И я им верю. А знаешь, почему?
— Почему?
— Не знаю, как ты, а я для себя нашёл один критерий, по которому определяю своё отношение к тому или иному человеку. Один единственный ключевой вопрос, ответ на который скажет мне, друг он для меня или просто приятный собеседник, с которым можно общаться.
Саша замолчал и перевёл взгляд с её лица на стол. Юля не выдержала.
— Какой вопрос?
— Не знаю, Юля, поможет ли это тебе лично… Для меня этот вопрос один, для Серёжи или для тебя он может выглядеть по-другому. Здесь нет жёстких критериев. Ты, наверно, понимаешь, что понятия любви и дружбы относятся к эмоциональной сфере жизни, а она плохо поддаётся формализации. Да практически не поддаётся! Ни в одном из толковых словарей ты не найдёшь стопроцентно точного объяснения этим понятиям. Там обязательно будет что-то о «тёплом чувстве» или о чём-то другом, но столь же размытом и аморфном. Если разобраться, то всё это попытки одно явление объяснить через другие, столь же плохо формализованные, как и первое. Что такое, к примеру, «чувство»? Как это объяснишь кому-нибудь постороннему. Например, инопланетянину.
— А какой он у тебя? Я имею в виду вопрос. Или я лишнее спрашиваю?
— Да нет, почему же? Это никакая не тайна. Я спрашиваю себя: смог бы ты пойти на смерть ради этой девушки или ради этого парня? Если мой ответ будет утвердительным, то значит эту девушку я люблю, а в том парне вижу своего друга. Всё просто: готовность пожертвовать самым дорогим, что у тебя есть — жизнью. Так вот, большинство из этих людей не задумываясь пойдут на смерть, если посчитают, что этим они отведут опасность от меня. Любовь ли это или дружба? — сложно сказать. Потому что их порой очень трудно отличить друг от друга. — Он посмотрел на Серёгу. — Серёж, нужно здесь немного прибраться. Хотя бы пепельницу освободи. И ещё: открой, пожалуйста, форточку. Здесь пахнет табачным дымом.
— Угу, я и сам хотел. Мне Юлька помешала. Сейчас приберу. А окурки сигар тоже выбрасывать? Они и наполовину не выкурены.
— Выбрасывай! Он себе новую возьмёт.
Юля отошла к кухонному столу, прислонилась спиной к его столешнице и сложила руки на груди. Она раздумывала над словами Саши. А ведь он, наверно, прав. Отличный он критерий придумал! Готовность пожертвовать самым дорогим, что у тебя есть — жизнью. Потом ещё немного подумала и поняла, что она Серёжку любит. Как оказывается просто!