«Глупая девчонка, – ругала я себя. – Что бы ты себе не выдумала, происходящее перед звонком было только у тебя голове».
Он кивнул. – Да. Мне нужно с ней поговорить. Перенаправь ее на линию. – Не говоря больше ни слова, он прошествовал в свой кабинет и закрыл дверь.
Я нажала на кнопку, чтобы перевести ее на свою линию, и встала из-за стола. Я была в отчаянии, и поэтому удрала в туалет. Он был свободен. Я уперлась руками о раковину и посмотрела в зеркало. Мои глаза были слишком яркими, а щеки слишком розовыми. К моему стыду, по телу прошелся жар, концентрируясь в сердце. Я сжала бедра так, что почувствовала боль в верхней части ног.
– Кора, девочка, этого не было, – я сурово говорила со своим отражением. – У него есть девушка-супермодель, и ты не можешь поставить под угрозу свои планы из-за каких-то глупых мыслей. Ты должна быть благодарна телефонному звонку, спасшему тебя от совершения того, о чем потом пожалеешь. – Я кивнула, довольная своими логичными рассуждениями, и плеснула на лицо холодной воды. Последнее, чего я хотела, это стать еще одним ассистентом, который не знает, где его место. Нужно сохранять дистанцию от Джейка Уэстона.
Я вытерла лицо насухо бумажным полотенцем и сделала несколько глубоких вдохов. Вооружившись решимостью, я вернулась к столу и взялась за отчет. Когда цифры начали плясать перед глазами, я сдалась и сунула доклад в сумку. Может быть, мне больше повезет дома.
Глупая я решила посмотреть информацию о Каролине Оливейре. Фотографии бразильской красотки заполнили экран. При каждом клике появлялась все более красивая версия ее. Бронзированная кожа. Драматические страстные глаза. Идеальное тело.
Чтобы убедиться и поставить на этом точку, я искала ее изображения с Джейком. Сразу же появилась фотография на красной дорожке на кинофестивале. Он выглядел потрясающе в смокинге, обхватывал руками за ее крошечную талию. Она была одета в оранжевую мантилью, которую, наверное, несли несколько женщин. Они выглядели, как квинтэссенция властной пары. Высокие, красивые и богатые.
Вкус желчи на языке побудил меня закрыть браузер. Глаза горели, и я закрыла их, чтобы уменьшить давление.
– Пора вернуться в реальность, Кора. Больше никаких грез, – напутствовала я себя.
Спустя час дверь Джейка открылась.
– Кора, зайди в мой кабинет. Мы не закончили разговор. – Сама его манера поведения стала мягче, и я подумала, не разговор ли с подругой развеселил его.
Эта мысль необъяснимо угнетала, а я сделала вид, что ищу что-то на столе. – Буду через секунду. – Придя в себя, я вошла в его кабинет.
Он ухмыльнулся мне, и я захотела злобно фыркнуть на его хорошее настроение, но я держала нейтральное выражение лица.
Он, должно быть, почувствовал мое настроение, потому что быстро протрезвел. – В отчете что-то неладно?
– Нет, конечно, нет. – Я посмотрела на отчет и бойко заговорила. – Не могу сказать точно, но в финансовой отчетности по «Bauen» мне что-то кажется неправильным. Мне нужно немного больше времени, чтобы найти причину.
– Очень хорошо, Кора. У тебя отличная интуиция, – в его голосе появилась нотка гордости, и я вовремя подняла взгляд, чтобы поймать в его глазах одобрение. – Нет необходимости искать глубже. Я уже знаю, что неправильно.
– И что же?
– Кто-то прикарманивает деньги и очень хорошо это скрывает.
– Что? Как ты узнал?
– Опыт. Посмотри на операционный бюджет. Они не могли потратить столько денег на маркетинг компании такого размера. Они фальсифицируют счета, чтобы скрыть свою некомпетентность. В последние несколько лет «Bauen» под ударом.
– Это одна из наших компаний?
Он покачал головой. – Нет. Один из наших конкурентов. Их штаб-квартира находится в Нью-Йорке, но у них есть местный офис. Они просто подрезали нашу ставку на проекте в миллиард долларов на Северной стороне. Помнишь предложение, которое набирала пару недель назад?
– Да, но если они действуют так грязно, как они могли нас подрезать?
– Вопрос на миллион долларов. Думаю, что у них в кармане есть кто-то из мэрии, или они преждевременно что-то выяснили о предложении «Уэстон Интерпрайз». И я сомневаюсь, что такое происходит впервые. Я знаю администратора, отвечающего конкретно за этот проект.
Смысл сказанного словно ударил меня промеж глаз, и мой рот открылся. – Ты думаешь, кто-то изнутри сливает информацию? Но кто? – Казалось нереальным, что Джейк и я говорили о корпоративном шпионаже. Такое же бывает только в кино?
Его лицо ожесточилось. – Я не знаю. Но когда узнаю, кто меня предает, он заплатит.
Я вздрогнула от неумолимой нотки в его голосе, и почувствовала жалость к тому, кто осмелился пересечь дорогу этому человеку. – Как ты собираешься это выяснить?
– Во-первых, я проверю технический отдел, необходимо убедиться, что система не была взломана. Затем они поднимут переписки по электронной почте. Но тот, у кого был доступ к такой информации, возможно, достаточно умен, чтобы сделать это старомодным способом и не оставить цифрового следа.
– Если они ничего не найдут, что тогда?
– Тогда, этот кто-то с моего этажа. Мне не хотелось бы думать, что меня предал кто-то из административной команды, но допуск к заявкам на такие масштабные проекты есть всего у нескольких людей в отделе. Я приглашу разобраться в этом деле главу кибербезопасности.
– Что я должна делать?
– Просто убедись, что запираешь конфиденциальные документы и выключаешь компьютер, когда покидаешь свое рабочее место.
Поскольку я уже принимаю данные меры предосторожности, то просто кивнула. Эта работа, определенно, становится все более захватывающей, чем я ожидала.
Глава 5
Кора
– Кора, я не хочу сегодня идти в школу. Можно я останусь дома? – Маркус сидел за кухонным столом, пристально глядя на полупустую тарелку перед собой. Его волосы падали на глаза, и я напомнила себе сводить его в парикмахерскую.
– Что случилось? Ты заболел? – Вопреки моему желанию тыльная сторона руки потянулась к его лбу. Что-то похожее всегда делала мама, когда мы говорили, что плохо себя чувствовали. Я даже не уверена, что поняла бы, поднялась ли у него температура.
Он оттолкнул мою руку. – Я не болен.
– Что тогда?
– Я не хочу идти в эту дурацкую школу. Я все равно не научусь ничему новому. – Он выглядел мятежным. Большую часть времени Маркус вел себя, как взрослый, но, когда он проявлял характер, я вспоминала, как он еще молод на самом деле.
Я подавила вздох. Выходные были замечательные. Поход в Стейк-Хаус стал праздником для нас обоих, и мы невероятно насладились нашей едой. Он был в восторге от двух пар новых джинсов, которые мы купили для него. Я почувствовала впервые уверенность в наших отношениях, но, похоже, мрачность Маркуса вернулась.
– Я знаю, Маркус, но ты должен ходить в школу. Это закон. – Я старалась быть терпеливой.
– Тогда это – глупый закон. Просто позвони в школу и скажи, что я заболел.
Он произнес последнюю фразу почти умоляюще, и я почувствовала еще один укол вины. Хотя сейчас, будучи ассистентом Джейка, я зарабатывала больше денег, но была еще далека от того, чтобы определить его в частную школу. Я надеялась продержаться еще год, и, к тому времени, у меня бы были деньги.
– Но ты не болен. Я уверена, как только ты встретишься со своими друзьями, то будешь рад, что пошел. – Я с беспокойством изучала его несчастное лицо. – Что-то случилось в школе? – Может быть, мне нужно позвонить его школьному психологу.
Лицо моего младшего брата стало тревожно-красным, прежде чем он взорвался. – Я ненавижу школу! Мама бы позволила мне остаться дома!
– Мне очень жаль, Маркус. Я уверена, что, если бы мама была здесь, она бы тоже хотела, чтобы ты пошел в школу.
– Это не правда! Мама бы поняла. Ты никогда меня не слушаешь. Ты всегда обращаешься со мной, как с маленьким ребенком. Я ненавижу тебя! – Он схватил свой рюкзак и направился к двери.