Я, правда, собираюсь перестать ему сопротивляться?
К тому времени, как мы прибыли в офис менеджера, я так и не приблизилась к пониманию собственного поведения.
Линда Мюллер была дружелюбной женщиной лет пятидесяти, которая излучала терпение и спокойствие. Я предполагаю, что эти качества очень пригодились при работе с требовательными арендаторами.
– Линда, я хотел бы увидеть две квартиры, которые мы обсуждали по телефону.
– Конечно, мистер Уэстон. – Она прошла за стол и достала два ключа. – Уборщики закончили с ними в начале недели.
Я наклонилась к Джейку.
– Что мы ищем?
– Общее состояние помещения. Нужно ли что-то модернизировать.
– Джейк, разве мы не должны были попросить прийти подрядчика? – Сказала я не своим голосом. Это казалось слишком унизительной задачей для генерального директора.
– Нам просто нужно сделать несколько заметок. Пошли.
Линда улыбнулась мне, когда мы зашли в лифт.
– Первый блок находится на тридцать третьем этаже. Он немного просторнее, чем второй.
– Сколько всего этажей? – Спросила я.
– Шестьдесят. С любого этажа после тридцатого открывается прекрасный вид на город и реку. Это действительно прекрасное здание. – Поделилась она немного своей красочной историей.
– Работа в стиле арт-деко захватывает дух, – сказала я, любуясь стилизованными световыми бра, когда мы шли по коридору.
Она улыбнулась в знак согласия и открыла квартиру, распахнув дверь.
Джейк и я ходили, осматривая пространство. Это было роскошное помещение. Блестящие деревянные полы. Современная техника. Вид на отличительный горизонт Чикаго.
Я не могу даже подумать о том, что когда-либо смогу позволить себе что-нибудь похожее. Наша нынешняя квартира вместилась бы в здешнюю гостиную.
– Ну, все выглядит почти новым. Ты заметил что-нибудь, что нужно исправить, Джейк? – Я взяла телефон, чтобы сделать заметки, но пока в списке необходимых ремонтов ничего не было.
– Нет, пойдем, посмотрим другую.
Мы поехали на лифте на сорок восьмой этаж.
– Это сорок восьмая. Из окон открывается прекрасный вид на реку Чикаго. Есть две спальни с ванными комнатами. Кухня была отремонтирована в прошлом году.
Я вошла в квартиру и ахнула. Вид был потрясающий: город и темно-зеленая река ниже. Я подошла и прижала ладони к стеклу.
Теплые руки опустились на мои плечи.
– Нравится?
– Да ... хм. – Вид с сотни футов над землей выглядел так же нереально, как и архитектурная модель.
– Давайте посмотрим остальное.
Когда мне напомнили о причине нашего визита, я оторвалась от окна и прошлась по остальным комнатам вместе с Джейком. Как и в другой квартире, все было блестящим и новым.
– Ну, все выглядит хорошо. Здесь, кажется, нет ничего, что нуждается в обновлении, – сказала я.
Линда просияла.
– Я рада, что вы одобрили.
Я нахмурилась от странного комментария. Почему мое одобрение имеет значение?
– Спасибо, что уделили время, Линда. Увидимся. Я позвоню тебе завтра.
– Конечно, мистер Уэстон. Закройте дверь за собой. – С крепким рукопожатием и улыбкой она ушла.
– Джейк, нам нужно что-то еще сделать? – Я посмотрела на время в телефоне и нахмурилась. – Мы должны вернуться в офис.
Вместо того, чтобы ответить, он потянул меня к окну.
– Что ты думаешь об этих квартирах
– Что ты имеешь в виду?
– Тебе нравится хотя бы одна из них?
Я пожала плечами.
– Они обе очень милые. Кому они могут не понравиться? – Я подозрительно посмотрела на него. – Почему ты спрашиваешь? – У меня появилось неприятное чувство в животе.
– Если бы тебе пришлось выбрать одну из них, какую бы ты выбрала?
Я начала отступать от него, скверное чувство только усилилось. – О, нет.
Река Север, плюс пустые квартиры, плюс Джейк Уэстон.
Я занималась математикой, и ответ взбесил меня.
– Джейкоб Уэстон, это же не то, о чем я думаю!
Он имел наглость улыбнуться мне.
– Ты такая милая, когда используешь мое полное имя. Мое второе имя – Бенджамин, если тебе интересно.
Где он прятал чувство юмора? Это было то качество, из-за которого я связалась с Троем, а не Джейком. Но в последнее время он стал более игривым.
В другой раз я бы нашла его юмор терпеливым, но сейчас это просто взбесило меня. Я сжала зубы и посмотрела на него. – Не пытайся быть милым, Джейк. Я говорила тебе, что не хочу переезжать в твою квартиру.
– Кора, это место пустует. У вас с Маркусом будет больше места, и вы оба будете ближе и к работе, и к школе. Они практически у твоей двери. Мне было бы лучше, если бы вы жили в квартире, в которой есть двадцать четыре охранника. Я не понимаю, почему ты борешься со мной.
– Ты слишком тупой!
– А ты слишком упряма!
– Только потому, что отказываюсь принимать благотворительность? – Я развела руки в стороны, чтобы указать на эту роскошь. – Это место, вероятно, стоит в четыре раза больше, чем я сейчас получаю. Моя квартира может не соответствовать вашим высоким стандартам, мистер миллиардер, но я могу заплатить за нее. Я не стыжусь места, где живу.
Джейк обхватил мои плечи.
– Кора, я не об этом говорю. Я думаю, что ты делаешь потрясающую работу, заботясь о себе и о Маркусе, но я просто хочу помочь. Почему тебе так трудно принять какую-либо помощь от меня?
Я наполнила свои легкие воздухом и попыталась говорить спокойно.
– Джейк, это не мелочь. Ты просишь меня отказаться от своей независимости. Я благодарна, что ты помог с обучением Маркуса, но мне не нужно твое вмешательство в другие аспекты моей жизни.
Его лицо потемнело от гнева, он качнул меня.
– Вмешательство? Это чушь! Ты отказываешься впускать людей. Ты сражаешься со мной на каждом шагу. – Еще одна встряска. – Почему ты так все усложняешь?
Прошлые эмоции улетучились, и во мне взорвалась бомба. Я жестоко оттолкнула его руки.
– Потому что через месяц тебя не будет. Ты уедешь к следующей Каролине Оливейре. Я просто новая для тебя! А потом я останусь одна, – зажав губы, я отвернулась от него.
Мертвая тишина.
Мои слова были слишком откровенными. Я обняла себя, чувствуя, что становлюсь незащищенной и уязвимой. До сих пор я не понимала, как глубоко повлияла на меня смерть родителей.
В глазах защипало, и я поняла, что близка к истерике. Вздохнув, я попыталась сделать свой голос как можно спокойней.
– Извини, я не должна была на тебе срываться. Давай вернемся в офис. Есть дела, которые мне нужно закончить до выходных.
Сильные руки обхватили меня, и я почувствовала, как его подбородок оперся о мой затылок.
– Бедная девочка. Ты не доверяешь мне. Твоя жизнь была слишком жестокой.
Он развернул меня к себе лицом. Сострадание на его лице было тем, из-за чего полился поток слез.
Единственное, что я поняла, это то, что я стояла и рыдала, уткнувшись в льняную рубашку Джейка. Мое лицо прижималось к его груди, вцепившись пальцами в воротник. Я выплакивала все, что накопилось за многие годы.
– Тише... тише... все в порядке. Выпусти все. – Его руки успокаивающе поглаживали по лопаткам.
Я не знаю, как долго мы так стояли, но Джейк просто держал меня и позволял выплакаться. Я чувствовала, будто очищаюсь, словно яды вытекали из моего тела с каждой каплей слез. Когда я успокоилась, рубашка и галстук Джейка были мокрыми от моих слез. Смутившись, я начала копаться в сумочке, пока не нашла салфетку, чтобы вытереть слезы и высморкаться.
Боясь посмотреть в его глаза, я пробежалась пальцами по пятнам от слез на его дизайнерском галстуке.