– Рад с вами познакомиться, – сказал он Джону Роберту.
Чувствовалось, что Арич умеет держать себя в руках. «Красавчик, – подумала Кайли, наблюдая за ним, – и неплохо держится». У нее не возникало ни малейших сомнений в том, что Арич прекрасно справляется со своими обязанностями, – вряд ли Бергстрем выбрал бы некомпетентного офицера.
– И с вами, – холодно добавил Арич, повернувшись к Лукасу.
Лукас ответил Аричу вызывающим взглядом.
– Понимаю, вы прибыли на борт нашего корабля в качестве главной овчарки Бергстрема, – сказал Лукас. Кайли никогда прежде не доводилось слышать в его голосе столько металла.
– Совершенно верно, но уверен, мне не понадобится вмешиваться в ваши дела. Видите ли, адмирал привык ничего не принимать на веру.
«И я тоже», – ясно говорило выражение его лица. Арич обратился к Кайли:
– Должен заметить, капитан, я не предвижу никаких чрезвычайных обстоятельств, в результате которых мне пришлось бы принять командование вашим кораблем. Ну, разве что вас или вашу команду выведут из строя. И тем не менее мне бы хотелось на всякий случай ознакомиться с функциями управления звездолета. Со своей стороны обязуюсь нести регулярные вахты, если вы, конечно, включите меня в график дежурств.
– Спасибо, старший лейтенант, но все дежурства по капитанскому мостику уже расписаны. Не думаю, что нам понадобится ваша помощь.
Глаза Арича сверкнули гневом, однако улыбка так и не сошла с его губ.
– Пожалуйста, зовите меня просто Пит. Не выношу официоза.
– Как вам будет угодно.
– Угодно. А теперь, если вы не против, мне бы хотелось осмотреть каюты инопланетян. Адмирал просил меня убедиться, что все в полном порядке, до того, как они поднимутся на борт корабля.
Арич остался на грузовой палубе, а Лукас и Джон Роберт направились в двигательный отсек, чтобы завершить ежемесячную профилактику. Они сравнивали данные квайлы с показателями аппаратуры Джона Роберта. Квайла научилась с высокой точностью интерпретировать информацию с сенсорных датчиков, и пока что им не удалось найти ни единого отклонения. Кайли пошла на мостик, надеясь, что привычная обстановка несколько снимет напряжение. До «Воскресения» оставалось десять дней пути. Корпус, да и сами инопланетяне, продумали все до последних мелочей, только бы полет прошел благополучно. Но что если кто-нибудь из них не выдержит прыжка через пространство на земном звездолете? А если кто-то заболеет? Космическое путешествие таит в себе немало опасностей. Курс звездолета пройдет по самому краю пространственного барьера. Если системы навигации откажут, они могут слишком близко подойти к границе и оказаться в точно такой же западне, как и «Найэти». С каждым прыжком был связан крайний риск. Иногда, без видимых на то причин, звездолеты вообще не выходили из прыжка. Если что-то случится, отвечать будет она. Никогда прежде бремя ответственности не ложилось на плечи Кайли столь тяжелым грузом. Кайли была уверена, что мостик пуст, но, к своему удивлению, застала там Кинана. Он как раз завершал предстартовые тесты.
– Ты, наверное, собиралась сделать это сама? – спросил Кинан, освобождая для нее пилотское кресло. – Но мне хотелось попробовать.
Кайли посмотрела на экран дисплея, проверяя результаты Кинана.
– Не вижу никаких причин сменять тебя здесь. По-моему, ты прекрасно со всем справился. Кстати, после окончания полета ты должен пройти сертификационный тест на получение интерсистемной пилотской лицензии. Ты бы уже сейчас без проблем сдал письменную часть и расчеты. Тебе не хватает лишь нескольких сотен часов практического опыта.
Кайли хотела еще добавить, что обязательно оплатит лицензию Кинана, но их внезапно прервал вызов «Северной Звезды». Кайли потянулась к интеркому.
– Капитан Майклсон слушает.
– Адмирал Бергстрем просит передать вам, что делегация Ган-Тира покинула свой корабль и в скором времени прибудет к вам.
– Ясно, – ответила Кайли.
Через несколько минут она услышала шум в коридоре. Кайли и Кинан вышли за дверь. Служба безопасности Корпуса уже расставила своих людей в главном проходе. Один из них блокировал проход к каютам семьи, другой стоял на пути к двигательному отсеку.