– Не стоит тебе соглашаться, – сказала Кайли побледневшему Кинану.
– Но почему? – недоумевал он.
Дэниэл разговаривал с Кайли, но при этом смотрел на Криставос, стоявшую рядом. Они уже часов двадцать провели без сна. Кинан все еще не мог оправиться от жутких картин, что транслировались с «Воскресения». Как могли люди позволить слепой ярости и панике поставить под угрозу само существование станции? И все из-за какого-то совершенно безосновательного слуха!
Криставос промолчала. У нее тоже выдался довольно тяжелый день. Может, ему и впрямь не стоит ходить туда, подумал Кинан, но мысль о том, что гантирцы начнут крушить звездолет из-за его отказа от встречи с Сенсаром, была для него невыносима. Почему не миквири захотели с ним побеседовать? Почему гантирцы? И почему именно с ним и ни с кем другим?
– Дэниэл, если тебе не хочется, не ходи, повторила Кайли.
– Я пойду, – промолвил Кинан.
Конечно же, ему хотелось отказаться, но Кинан не мог так поступить. Его ужасала перспектива зрелища изуродованных тел. Уж лучше лицом к лицу встретиться с неизвестностью, не важно, сколь пугающей она может оказаться, нежели вслепую сопротивляться ей, дрожа от страха и ненависти.
– Передайте Сенсару, я буду у него завтра утром, как обычно.
– Вы уверены? – переспросила Криставос. Судя по всему, она засыпала на ходу. – Мы вовсе не обязаны исполнять каждое желание гантирцев… Более того, это даже неразумно. Если хотите, я скажу, что вы заняты на дежурстве.
– Сенсар этому не поверит, – ответил Кинан.
Из предыдущих бесед Сенсар знал, что Дэниэл дежурит одну смену в день и больше никаких официальных обязанностей не выполняет.
– Ты опасаешься последствий в случае отказа? – спросила Кайли. – Не волнуйся, если понадобится утихомирить гантирцев, я позову на помощь Арича и Фонга. Так или иначе, но ты не игрушка. Я полностью согласна с Криставос: мы не должны идти у них на поводу.
– Но было бы глупо раздражать гантирцев просто так, без всякого повода, – ответил Кинан.
Кайли и Криставос сделали еще одну попытку отговорить его от визита к Сенсару, но безуспешно. В конце концов, женщины не удивились такой позиции Дэниэла. Единственным, кого действительно встревожило его поведение, был Лукас. Сразу же после вахты пилот зашел в каюту Кинана.
– Дэниэл, ты действительно заинтересован в свидании с Сенсаром или считаешь эту встречу необходимой для всех нас? – напрямую спросил Лукас.
Лужица сияния у его ног горела ярким красно-оранжевым светом. Квайла пульсировала куда интенсивнее обычного. Быть может, искреннее беспокойство пилота заставило Кинана дать честный ответ, а может, то было отчаяние от зрелища слепых человеческих предрассудков, результаты которых так ярко продемонстрировала телетрансляция. Так или иначе, но Кинан, устало вздохнув, ответил следующее:
– Да, я согласился потому, что я должен. Я не хочу, чтобы Сенсар стал сам меня искать. Не думаю, чтобы он умышленно стремился к конфликту, но я абсолютно уверен в том, что его никто не остановит. Не хочу нести ответственность за то, что он может натворить.
– И тебе безразлична собственная судьба?
– Да ничего со мной не случится! Сенсар прежде всего ученый. И все, что ему нужно, – это узнать побольше о нас, людях…
– Ты хоть понимаешь, как рискуешь? -Да.
– И что же?
– Не вижу причин подозревать Сенсара в недобрых намерениях. Не собираюсь становиться жертвой необоснованных страхов. Я не хочу поддаваться животному инстинкту и вести себя подобно тем безумцам на «Воскресении».
– А как же Райри? Ты можешь доверять Сенсару, но откуда такая уверенность в ней?
Кинан задумался.
– Не могу отрицать, ее агрессивность настораживает, но ведь за исключением того случая на мостике, она ничего плохого не сделала. Порой она и впрямь ведет себя угрожающе, но, по-моему, это всего лишь поза. Сенсар как-то сказал мне, что Райри нравится, когда ее боятся… Видимо, она находит в подобном поведении своеобразное удовольствие.
– Знаю…
Что-то в тоне Лукаса заставило Кинана насторожиться. Пилот хотел продолжить, но внезапно замер, открыв рот.
– Грег, что случилось?
Лукас не ответил: он весь ушел в себя. Он отсутствовал не меньше минуты.
– Дэниэл, я не собирался пока об этом говорить, но если это поможет… – Лукас опять замолчал.
– Поможет чему?
– Квайла знает о твоих чувствах, – неожиданно сообщил Лукас. – С тех пор как мы обсудили твою возможную восприимчивость, ты стал чрезвычайно открыт для квайлы. Она несколько раз хотела вступить с тобой в контакт, но я удержал ее. Я сказал, что ты еще не готов к этому. Не готов и я. Ведь если ты разделишь наш союз с квайлой, то вступишь в ментальный контакт и со мной, а я не готов к такому обороту. Необходима подготовка-в общем, нам нужно многое обсудить. Прежде чем… – Лукас в очередной раз замолчал.