Глава 7. Леся.
Просыпаюсь вечером. Отдохнувшей и расслабленной, но между ног побаливает. Приподнимаюсь на локтях и вижу между ног красные разводы. Поздравляю, Леся, ты стала женщиной. Нахожу футболку, натягиваю и иду на улицу в душ. Вода приятно освежает тело. Выхожу из душа и натыкаюсь на ледяной взгляд Ярослава. Смотрю на него и не пытаюсь отвести взгляд. Стоим смотрим, но никто ничего не говорит. Он первый нарушает тишину.
— Олесь, то, что было, это неправильно, ты еще мелкая, и, можно сказать, я воспользовался твоим состоянием. Готов жениться.
Смех пробрал меня. Он стоял, пялился на меня, как на сумасшедшую. Сквозь слезы от смеха смогла ответить.
— Ярослав, ты на всех женишься, с кем спишь, что в этом такого? Ну переспали. Мы оба взрослые люди. У меня нет розовых очков на твой и мой счет. Единственное, что хочу сказать: «Спасибо, что был терпелив и не сделал больно. Что мой первый раз был не такой болезненный, как подружки рассказывали».
И пошла спокойно в дом заниматься ужином. Только у дома обернулась.
— А мы кушать-то будем?
И теперь он заржал. Как будто груз упал с его плеч.
— Знаешь, мелкая, кому-то сильно повезет с тобой. Пошел разжигать мангал, неси мясо.
И ушел. Я никак не хотела реагировать, но что-то внутри екнуло на его слова. Очень надеюсь, что встречу того, кто поможет разобраться с теткой и жить спокойно. Создать семью, но пока я просто хочу уехать от тетки подальше и жить спокойно.
Натянула кофту со штанами и вернулась на улицу, где Ярослав разжег мангал. Он жарил мясо, я доставала из банок соленья. Перекидывались какими-то незначительными фразами. Смеялись. Пили вино. Ели мясо. Ничего не говорило, что собираемся повторить то, что произошло днем. Но в какой-то момент наши губы оказались очень близко друг к другу. Никто не делал первый шаг, но пожар был у каждого в глазах.
— Иди в дом, мелкая.
— А если не уйду?
— Закончится тем, что ты будешь подо мной, и мы опять будем трахаться. Я продолжу твое обучение сексу. Так что лучше беги и прячься.
— Ой, я так боюсь тебя, серый волк. Встала, он хотел выдохнуть, но поперхнулся, когда я опять устроила стриптиз, стянув кофту и штаны, и осталась в одной футболке. Соски острыми пиками терлись. И опустилась ему на колени. Обняла за шею и поцеловала. Я была пьяна от вина, от него, но он мне сейчас нужен, пусть он будет учителем в тот чувственный мир, что мне показал. Мы целовались, исследовали тела друг друга, и здесь под звездами отдались страсти и огню в нас. Его имя сорвалось с моих губ, эхом отдавалось по вершинам деревьев, и я упала ему на грудь. Там, где-то глубоко во мне, он продолжал двигаться, а я уплыла в чувственный мир. Только когда легкий утренний холодок стал омывать наши тела. Мы, держась за руки, вошли в дом, и там на кровати продолжили наш сексуальный марафон. Он просил сжалиться и дать поспать, а я ему не давала. Сам это во мне разбудил, сам и туши. Я скорее скончаюсь и изотрусь, чем смогу потушить. Ты издеваешься, мелкая, над старым дядькой? Сдаешь, что ли? И не надейся, мелкая. И он подминает меня под себя. Я плыву в облаках от его чувственных движений. Он позволяет мне себя исследовать, лежит на спине. Не бойся, Лесь, он тебя не укусит. Посмеивается. Моя ладошка на его члене, его рука поверх, и он направляет, рассказывает, что как, а я повторяю. Через какое-то время он хрипит: «Мелкая, я больше не могу сдерживаться, я кончу сейчас». Мне убрать руку? Если неприятно, убирай, я сам тогда. А если нет, тогда продолжай. И я продолжила, и густая теплая сперма оказалась на моей руке. Мы долго целовались. Привели себя в порядок. И завалились обратно на кровать. Спать почему-то не хотелось, и мы просто разговаривали обо всем, я рассказала, что собираюсь попутешествовать, пойти учиться на фотографа. Он не смеялся, слушал, даже давал советы. Рассказывал про свои студенческие годы, под его голос и уснула на нем. Проснулась от беспокойства, которое меня много раз спасало, подсказывая, что нет времени спать. За окном была чья-то фигура. Сползла с кровати, кое-как оделась и стала красться к двери, но оказалось, что приехали рабочие, про которых мне изначально и говорил Ярослав. За моей спиной послышались шаги, это уже сам хозяин дома спешил встретить рабочих. Проходя мимо, он чмокнул меня в макушку. Тепло от простого жеста растеклось внутри, но я его заглушила. Раз приехали рабочие, значит, я смогу вернуться в город. От этого было и радостно, и одновременно грустно, прощаться с Ярославом не хотелось, хотя сама ему другое говорила. Он долго общался с ними. А затем вошел в комнату. Долго изучающе смотрел на меня. Готова не готова, а всё хорошее заканчивается быстро. Просто кивнула. Можно одолжить твою кофту со штанами? А то мое порванное платье не надеть. Хорошо. Тогда едем? Да. Ехали мы в тишине минут тридцать. Назвала, конечно, ненастоящий адрес. Здесь среди бетонных высоток я затеряюсь, исчезну. Он паркуется и разворачивается ко мне. Я не смотрю на него, от этого тяжелее будет уйти. Три дня он мне подарил, три замечательных дня. Берусь за ручку и собираюсь уйти, дверь приоткрываю и уже собираюсь вылезти, когда он дергает меня на себя и целует. Мы долго целуемся, мои губы горят после этого поцелуя. Понадобится помощь, звони, Олесь. Протягивает мне визитку. Я, не глядя, убираю ее в карман. И убегаю, не оглядываясь, его взгляд долго жег мне спину. И когда уже стало подводить дыхание, спряталась в углу какого-то дома и дала волю слезам. Рука нащупывает визитку. Ком в горле появляется, достаю ее, чтобы выкинуть, и не было соблазна позвонить. Глаза сами пробегаются по строчкам, которые расплываются. Поднимаю взгляд в небо, и с дрожащих губ срывается вопрос.