И всё складывалось. Наконец-то для меня всё стало ясно. Собрав вещи, я поехал в аэропорт.
Уходя, я посмотрел на зареванную Настю и понял, что хорошо, что не поженились и не сломал ей жизнь. А меня уже сломала белокурая бестия, превратив в бездушного.
Глава 11.Леся.
Просыпаюсь опять от кошмара среди ночи. Мне снится он, истекающий кровью. Снова и снова. Его кровь везде. Я не могу спастись, я тону в его крови. Просыпаюсь в слезах и задыхаюсь. Хватаюсь за горло, но вздохнуть не могу, сползаю с кровати и добираюсь до окна, и только морской воздух дает возможность привести дыхание в норму. Прошу себя успокоиться. Ведь ты знаешь, Олеся, у него все хорошо, он выжил и скоро женится. Все журналы пестрят об этом. Я рада за него, за себя, что он не умер от моего импульсивного поступка, но я все равно это проживаю вновь и вновь во сне. Шорох за спиной возвращает в реальность. Закрываю окно и подхожу к кроватке, где спит мое солнышко, мой самый любимый мужчина, мой сын, который дал смысл моей жизни. Когда я уже готова была к последнему шагу с крыши, в животе появились легкие пархания, а потом я упала в обморок. Сначала подумала, что я больна чем-то и надеялась, что неизлечимо за то, что наделала, но, как оказалось, излечимо. Но со всеми вытекающими последствиями от переживаний и не по незнанке узнала, что беременна, чуть ли не перед самыми родами. И только осознание, что я теперь не одна, заставило меня жить и стремиться к тому, чтобы у нас с сыном было всё. Воплотить свою мечту стать фотографом в жизнь. Сначала не было клиентов, поэтому работа переводчиком. Со временем стали появляться клиенты, и теперь у меня небольшая фотостудия. Я занимаюсь любимым делом, и у меня есть любимый ребенок, который и есть смысл моей жизни. Хорошо, быстрее оформить все бумаги и уехать. Если бы не тот факт, что дядя Коля сделал мне документы на фамилию Заболоцкая, да еще и печать в паспорте свидетельствует о том, что я замужем. Когда узнала, что беременна, мне это помогло, что не видела осуждающих взглядов для всех я вдова. Покрутив на пальце обручальное кольцо, он как талисман и оберег от других мужчин, я больше не хотела отношений, но многие стремились меня переубедить, но я не хотела этого сама. Тимур сопел в кроватке. А у меня не было сна, нервы были напряжены, как будто что-то должно произойти, но я пока не понимаю, что именно. В фотостудии стали налаживаться дела, мои работы оценила известная компания за границей, мне пришло от них приглашение о сотрудничестве, которое с радостью приняла. Там мне будет более спокойно за жизнь Тимура и свою. Не нужны мне деньги отца после того, что я узнала, но и отдавать их сумасшедшей тетке не собираюсь. Лежала на кровати и смотрела на Тимура и не понимаю, за что мне такое счастье досталось. Я даже не думала, что после его рождения всё, чем я жила, будет уже неважно, моя месть оказалась против меня. Не разобравшись, я чуть не убила невинного человека, который мстил за сестру. Тряхнула головой, чтобы выжить эти мысли. Но я снова и снова возвращалась к ним каждую свободную секунду. Голова болела, хотелось спать, но Тимур лучше засыпал в обед после прогулок. Мы шли по парку. Одной рукой толкала коляску, другой держала Тимура, но он не хотел ходить, всё норовил сесть на попу. — Сынок, пойдем, там уточки покормим их. Заманиваю его, чтобы сам шел. — Кря-кря, лепечет мой малыш. Но долго идти Тимур не захотел, всё-таки сев на попу, обозначив, что он устал. — Тимур, пойдем маме надо уточек пофотографировать. Пойдем? Сын отрицательно замотал головой. Телефон зазвонил. — Алло, Поль. Привет. Я скоро буду. — Лесь, клиенты уже тут и начинают нервничать. — Поль, я даже уток еще не успела сфотографировать для конкурса, Тимур сегодня вредничает. Тут я опускаю глаза, где только что был мой сын. Но его тут нет. Он уже на четвереньках ползет в сторону кустов. — Поль, перезвоню. И скидываю. Бросаю телефон в коляску и бегу за Тимуром. Но когда сын уже готов заползти в кусты, его перехватывают. А у меня перехватывает дыхание. На меня смотрят две пары одинаковых глаз, и черты их одинаковы, изгиб бровей. На меня смотрят отец с сыном Заболоцкие. Пять минут заминки, и я пытаюсь забрать у Ярослава своего сына. Но так как он выше и Тимур нашел нового друга для игр, у меня не получается.
- Ярослав.
- Привет, Олесь.
Больше нет слов. Вот он живой передо мной. Держит нашего сына, и в легкие больше не идет воздух, а темнота поглотила.
- Олесь, очнись.
Меня трясут несильно. Открывать глаза не хочется, там тот, кого теперь боюсь. Он может отобрать самое драгоценное, что у меня есть, моего сына. И глаза сами распахиваются.