Глава 6. Туманное будущее
К вечеру ветер стал прохладным, и Гвендолен вздохнула полной грудью, успокаивающе поглаживая круглый живот. Малыш был невероятно активным, ему словно надоело ограниченное пространство, желание выбраться он показывал регулярно. Вторая беременность протекала тяжело, вплоть до недавнего времени. Гвендолен мучила тошнота, но жаловаться она не думала. Мысли о ребенке хоть немного притупляли глухую боль от разлуки с Арно.
До сих пор Гвендолен с ужасом вспоминала первые месяцы. Дорога в Иасафат длилась бесконечно. Недели, проведенные в карете, затем в каюте практически в одиночестве. Уэйс не разговаривал с ней, а когда ступили на корабль, она едва увидела его раз пять.
Смена климата ощущалась еще до прибытия в город. Жара становилась постоянной, изнуряющей. В тот момент Гвендолен не знала, что они прибыли в самое неблагоприятное время и перспектива жить тут удручала ее.
Дорога по чужим улицам едва запомнилась, выдохнуть удалось лишь в прохладе дома. Он был небольшой, но довольно уютный и готовый к комфортной жизни. В другое время Гвендолен по достоинству бы оценила его. Уэйс, едва ступив на порог, отдал необходимые распоряжения и тут же ушел. Не так он представлял себе прибытие сюда и не хотел наблюдать жалкое подобие разбившейся вдребезги мечты.
Из немногочисленных людей, приветствующих хозяев, вперед выступила невысокая рыжая девчушка и дрожащим голосом с жутким акцентом поприветствовала Гвендолен.
- Меня зовут Айла, я буду вашей личной служанкой, - она отчаянно пыталась скрыть страх, но все же всем видом выдавала эмоции.
- Где моя комната? – спросила Гвен.
- Хозяйская спальня на втором этаже, но приказа не было готовить какую-то определенную. Вы можете выбрать сами.
Гвендолен кивнула и тут же решила, что на второй этаж она подниматься не будет.
- Покажи мне какие есть, - попросила она.
Из двух вариантов первого этажа, Гвендолен выбрала небольшую, но просторную комнату с окнами, выходящими в сад.
- Эта комната для гостей, - тихо прошептала Айла, бросив взгляд на маленькую кровать, мало напоминающую супружескую, - может, посмотрите, какие есть наверху?
- Нет, - твердо сказала Гвендолен, - мне нравится эта.
Нежелание Гвендолен делить комнату было слишком очевидно для Уэйса, чтобы хоть немного усомниться в ее отношении. Спорить он не стал, злость от обмана еще не утихла, желания хоть как-либо налаживать отношения у него не было.
Первые ночи Гвендолен сжавшись на постели, прислушивалась к шагам за дверью, вздрагивая от любого шороха, но Уэйс не приходил. Постепенно она успокоилась и уже засыпала без страха оказаться застигнутой врасплох. Немного привыкнув к обстановке Гвендолен ощутила, как тоска по Арно вспыхнула с новой силой, но даже поговорить об этом не было возможности.
Айла, поначалу опасаясь госпожи, вела себя тихо и незаметно. Время шло, девушка поняла, что новая госпожа не отличается строгостью и надменностью. С осторожностью она стала проявлять свой истинный характер. Видя Гвен грустной, пыталась отвлечь различными историями, помогала освоить чужой язык или с детским интересом расспрашивала про континент. Айла по-своему поняла отчужденность супругов и грусть госпожи - молодой женщине, только что вышедшей замуж терпеть холодность мужа должно быть безумно тяжело. Мысль, что Гвендолен могла его не любить, даже не возникала, ведь Айла прекрасно видела господина и втайне восхищалась им.
Уэйс не изменил решения, Гвендолен не могла покидать комнату. Часто она сидела на подоконнике, распахнув окно. Она могла с легкостью перебросить ноги и ощутить мягкость травы, но страх перед Уэйсом не позволял ей это сделать. Человек, который стал ее мужем, показал совсем другую сторону характера и что мог он таить еще, знать Гвендолен не хотела.
Уэйс отправился в плавание раньше обычного. С минуту он стоял напротив спальни жены, раздумывая, зайти или нет. Легко коснулся ручки двери, но, так и не повернув ее, покинул дом. Новость сообщила Айла и Гвендолен лишь безразлично пожала плечами. День был лишен призраков ночи, и сначала она не догадывалась о возникновение еще одного – понимания, что вокруг нет ни одного человека, которого бы она хоть сколько-нибудь знала. Чужой город, чужие люди, разговаривающие на непонятном языке и туманное будущее.
Отчаиваться, однако, Гвен себе не позволяла, спасаясь веселым нравом и разговорчивостью Айлы. Только эта девушка знала ее родной язык. Когда же сама Гвендолен научилась разбирать простейшие фразы, уверенность немного вернулась к ней. Она стала пробовать выводить странные буквы на бумаге, по крайней мере, ограничений в деятельности не было.