Как только карета тронулась, Адриан перестал сдерживать эмоции, и его лицо выразило недовольство, копившееся весь вечер.
- Почему, практически каждый раз, как мы приходим сюда, этот человек тоже оказывается тут?
- Не злись, - Гвендолен прильнула к нему и коснулась пальцами его щеки, - ну чего ты, как статуя? Повернись ко мне.
- Он смотрит на тебя, как кот на сметану.
- Ну и пусть, я же все равно с тобой, - Гвен продолжала водить рукой по лицу Адриана, затем скользнула по груди и животу, но он перехватил ее за запястье.
- Не говори, что тебе не льстит внимание других мужчин.
- Может быть, - кокетливо произнесла она.
- Домой отправлю, - глаза Адриана вспыхнули, ни капли не напугав девушку.
- Чем больше мы будем говорить о них, тем меньше я буду думать только о тебе.
Гвендолен вновь прильнула к мужчине, и обдала его шею горячим дыханием. Адриан ощутил, как злость и ревность постепенно сходят. На секунду отодвинув шторку в окне и подавшись вперед, он крикнул кучеру ехать медленнее, затем откинулся на сиденье.
- Ты знаешь, чего я хочу, - прошептал он и притянул Гвендолен к себе, возвращая руку, где прервал ее движение. Коснулся женских губ в легком поцелуе и, запустив руку в волосы, мягко потянул вниз.
- Мы же на улице, - она попыталась отстраниться.
- Окна закрыты. В карете нас не видно.
- Когда доберемся до спальни…
- Сейчас, - он сильнее сжал ее волосы, едва не руша прическу.
Гвендолен сдалась, понимая, что сейчас спорить бесполезно и стала медленно прокладывать дорожку из поцелуев вниз по мужской груди, пока он в нарастающем нетерпении расстёгивал пояс брюк.
***
Адриан покинул ее спальню больше часа, но сон все не шел. Гвендолен сжалась на кровати в приступе тошноты. Такого еще не было, и этот факт испугал ее. Минуло уже четыре с лишним месяца, когда в очередной раз, прячась от грозы, она забежала в спальню Адриана, запрыгнула в кровать и до глаз натянула одеяло.
- Кто тут у нас? – наигранно удивленно произнес Адриан, покинул рабочий стол и присев рядом, слегка потянул за край одеяла.
- Я, - раздался жалобный голосок Гвен.
- Трусиха, - он усмехнулся и сел удобнее, облокотившись на подушки. Гвендолен тут же прильнула к нему и спрятала лицо на груди, Адриан обнял ее, через тонкую сорочку ощущая горячую кожу, и подавил вздох. Каждый раз все труднее держать себя в руках.
Однажды, два года назад он не выдержал и в ответ на поцелуй получил звонкую пощечину. На несколько месяцев общение прекратилось. Казалось, прежние теплые отношения не восстановятся, но в один из дней она, неизвестно каким способом отыскала его в Ридмарде и, разрыдавшись, бросилась на грудь, что-то неразборчиво повторяя. Потребовалось много времени, чтобы успокоить ее и узнать о решении отца устроить брак с родовитым стариком.
- Это лучшее, что она может ожидать при своем происхождении, - бросил герцог Росан на вопрос сына о решении по поводу судьбы Гвендолен. Она была слишком дорога Адриану, чтобы он остался в стороне и, поссорившись с отцом, забрал девушку под свое попечительство. Герцог был зол, но окончательно портить отношения с любимым сыном не хотел и не стал идти до конца.
Отправляясь по делам, Адриан оставлял Гвендолен в замке или время от времени брал с собой, чтобы развеять одиночество. Замок был их особым местом, в которое хотелось возвращаться. В тот вечер он вернулся после отсутствия почти в два месяца и оба засиделись допоздна за ужином, прежде чем разойтись по спальням. Теперь же, прижимая Гвендолен к себе, Адриан особо остро ощутил, как соскучился по ней, по ее страху к грозе, который он всегда с легкостью разгонял.
- Прошло? – он провел по ее волосам, Гвен кивнула и подняла глаза.
- Я рада твоему возвращению.
- Так сильно соскучилась? - Адриан задрал нос.
- Конечно, - Гвендолен в порыве обвила его шею руками, не представляя, какие мысли сейчас одолевают «брата».
- Я тоже скучал.
- Возьми меня с собой в следующий раз, уже становится холодно и приходится сидеть в комнатах, а так хочется новых эмоций.
Для новых эмоций никуда ехать не надо - сами закрались мысли в голову, но он отбросил их. Столько раз справлялся и сейчас справится.
- Хорошо, через две недели поедем вместе.
- Правда?! - Гвендолен радостно воскликнула и выпрямилась, от резкого движения сорочка чуть приоткрыла плечо, лишая возможности смотреть куда-либо, кроме оголившегося участка тела.
- Иди сюда, - поманил он ее к себе, и укутал одеялом, но это не помогло. Гвендолен села к нему на руки и что-то радостно стала рассказывать, он честно пытался сконцентрироваться, но тщетно. Кожей он ощущал, как вздымается ее грудь при каждом вдохе, пришлось до боли зажать в руках одеяло, чтобы не дать им воли.