- Не смей меня трогать, иначе ты пожалеешь, - прошипела Салия, но мужчина знал только приказ госпожи, и твердо подхватив незваную гостью, повел к выходу.
Проходя мимо Гвендолен, Салия окинула Гвендолен ревнивым взглядом.
- Он обязательно узнает о твоей выходке.
- Узнает. Я сама ему расскажу, - спокойно ответила Гвен.
- Посмотрим, будет ли у тебя столько же спеси, когда я войду сюда в роли второй жены, - глаза девушки злобно сверкнули.
Несмотря на всю ситуацию, Гвендолен не удержалась от смешка.
- Второй женой? Ты слишком наивна, чтобы я воспринимала тебя всерьез.
- Смейся, но обычаи тут позволяют иметь до трех жен. Если бы ты привлекала его, как думаешь, он не приходил бы ко мне. А ведь он посетил меня уже после возвращения, - последнее предложение Салия произнесла, растягивая слова.
Сердце Гвендолен сжалось, девушка говорила слишком уверенно. К тому же во время беременности и первые месяцы жизни Лейлы, Уэйс действительно часто отсутствовал дома. Она сама старалась по возможности способствовать такому положению вещей. Желала, чтобы ушел куда угодно, лишь бы не трогал ее. И он уходил. Особенно больно резала фраза - был у меня после возвращения - крутившаяся в голове вновь и вновь. Он ведь приплыл всего несколько дней назад, но все равно успел навестить эту женщину.
Когда слуга уже подводил незваную гостью к выходу, дверь распахнулась, в комнату вошел Уэйс. Заметив Салию, он бросил взгляд на Гвендолен, затем резко развернулся к первой.
- Что ты тут делаешь?
- Познакомиться пришла, - расплылась женщина в улыбке.
- Уведи ее, - обратился он к слуге, не обращая больше внимание на Салию и ее протест. Сейчас Уэйса заботила только реакция Гвендолен. Он повернулся, но ее уже не было в комнате.
Глава 20. Скажи мне, что изменилось?
Приятное волнение недавних дней рассеялось, Гвендолен забежала в спальню и в желании остаться в одиночестве, повернула ключ в замке. Только после этого она почувствовала себя более уверенно и, уже не спеша, подошла к окну. Пальцы сами собой впились в подоконник, обида невероятной волной заполнило все ее существо. Головой Гвендолен понимала, что сама всеми силами способствовала такому исходу, но чувства не воспринимали никакие доводы. Почему она узнала обо всем именно сейчас, когда подпустила его ближе?
Ручка двери дернулась, заставив Гвендолен вздрогнуть.
- Открой, - прозвучал голос Уэйса, но она не шелохнулась. – Открой, или я выбью дверь.
В его угрозу верить не хотелось, Гвендолен продолжала бессмысленно скользить взглядом по саду. С минуту стояла тишина. Она подумала, что получила желанное спокойствие, но тут раздался сильный удар в дверь, еще и еще, пока она с грохотом не распахнулась. Гвендолен сжалась, желая провалиться сквозь землю, но только не разговаривать сейчас с ним. Она чувствовала Уэйса за спиной, совсем близко.
Его решимость значительно упала, как только она оказалась рядом. Стремиться, несмотря ни на что, бороться, доказывать – намного проще, но сейчас ситуация предполагала совершенно иные действия. Он не знал, что сказать. Хотел дотронуться, но не двигался, зная, что она сбросит его руку.
- Нам надо поговорить, - наконец Уэйс прервал молчание.
- Я не хочу сейчас разговаривать.
- А я не хочу, чтобы ты успела надумать то, чего нет.
- Интересно, что же ты имеешь в виду? – Гвендолен обернулась.
- Эти отношения ничего для меня не значили.
- Поэтому ты ходил к ней продолжительное время?
- Ты сама меня выгоняла.
Гвендолен отвернулась, Уэйс сжал кулаки.
- Уходи, - попросила она.
Он сжал ее плечи и притянул к себе.
- Мне не нужна она, никто не нужен, если рядом со мной ты.
- Ты ходил к ней недавно, так ведь? – Гвендолен едва сдержала себя, чтобы голос не дрогнул.
- Да, сказать, что больше не приду. Только для этого. Именно поэтому она пришла, чтобы хоть как то заставить тебя нервничать.
- Без тебя ей бы не удалось, - Гвендолен тут же пожалела о своих словах, понимая в сложившейся ситуации и собственную вину, но обида рвалась наружу, не желая слушать логику.
- Да, эти отношения начал именно я. Однажды, вернувшись с плавания, я в очередной раз натолкнулся на холодность и безразличие, ты попросила оставить тебя в покое. Я много выпил в тот вечер, и она очень сильно напомнила тебя.
Гвендолен хотелось еще много чего сказать, но она понимала, что за каждый ее упрек не имеет смысла, все будет заканчиваться одним – ее вины в произошедшем не меньше. Легче не становилось, как и не уменьшались боль и обида.
- Мне нужно побыть одной, подумать, остыть.
- Не прячься больше от меня.
- Я не буду прятаться, если ты сам дашь мне время.