- Я хочу на него посмотреть, - наконец произнес Адриан, смотря на живот Гвендолен, и она в попытке уберечь еще не рожденное дитя, обхватила его руками. – Потом ты увезешь ее, куда захочешь.
Уэйс не мог возразить. Адриан был братом его любимой и, возможно, они никогда больше не увидятся. Искреннее желание мужчины увидеть ребенка явно читалось на лице. Пусть так, он потерпит еще несколько месяцев. Это окончательно перевесила чашу весов. Несмотря на немую мольбу Гвендолен, Уэйс кивнул Адриану и тот сев на лошадь, поехал вровень с каретой. Гвендолен еще несколько раз пробовала убедить Уэйса отправиться дальше, но он лишь качал головой.
- Твой брат прав, длительное путешествие не пойдет вам с ребенком на пользу. Как только ты родишь, и малыш немного окрепнет, мы уедет отсюда.
***
Гвендолен наотрез отказалась останавливаться до прибытия в замок, и ранним утром они уже прибыли в замок. Стоило выглянуть из окна кареты, как сердце сжало тоской, это было их с Адрианом место, куда никто никогда не приезжал. Только их. Сейчас ее под руку вел другой мужчина, вел в ту самую спальню. Злость на Адриана всколыхнулась внутри, он делает это все специально. В замке множество других комнат. Она не проронила ни слова, не позволила ему ощутить чувство удовлетворения от подобного решения.
Лестница, череда коридоров, открытая дверь, и вновь воспоминания обрушились волной. Гвендолен сжала губы, отгоняя их прочь и собственное тело пришло ей на помощь. Как только она опустилась на кровать, усталость от долгого пути завладела всем существом, не осталось сил даже переодеться. Гвендолен бросила взгляд на Уэйса, как скоро он заявит свои права на нее? Он заметил испуг в ее глазах и сел рядом.
- О чем ты думаешь? – он сжал ее пальцы, пытаясь унять, бешено бьющееся сердце. Она вызывала трепет сердце и распаляла пожар в теле. Рука скользнула на округлый живот, это помогло взять себя в руки.
Гвендолен сидела, словно натянутая стрела, напряженно ожидая дальнейших действий Уэйса, и едва услышала вопрос. Он положил ладонь ей на лицо и мягко развернул к себе.
- Поговори со мной, скажи, что случилось?
- Эти месяцы были ужасны, мне нужно прийти в себя, - Гвендолен ощутила бешенный стук сердца, вызванный близостью этого человека. Чем больше она смотрела в его глаза, тем сильнее щеки заливались румянцем.
- Надо было сразу забрать тебя с собой, - не выдерживая близости, он прижал ее груди, зарываясь пальцами в волосы, коснулся губами лба, - Теперь все будет хорошо. Я смогу позаботиться о тебе и нашем ребенке.
Гвендолен сильно зажмурилась. Сказать, сказать ему! Прямо сейчас!
- Уэйс, - она подняла глаза и перехватила его взгляд, направленный на ее губы, почувствовала его желание. Сейчас, это не только охладит его пыл, но, возможно, он отпустит. Адриан точно не выставит ее на улицу несмотря ни на что. – Я устала с дороги и хочу спать.
Мужчина слегка вздрогнул, словно возвращаясь в реальность и кивнул. Ей давно пора отдыхать, поговорить они успеют завтра.
- Переодевайся и ложись, - он поднялся и стал скидывать верхнюю одежду.
Гвендолен продолжала сидеть в оцепенении, не решаясь рядом снять платье с ним.
- Тебе помочь? – спросил Уэйс, видя, что девушка не двигается, но Гвендолен тут же подскочила.
- Нет, я сама, - она повернулась спиной и тихо добавила, - Не смотри.
Уловив его едва слышимую усмешку и, не желая оборачиваться и проверять, выполнил ли он ее просьбу, она быстро развязала шнуровку корсета и позволила платью и нижней юбке упасть к ногам. Спина горела от его взгляда. Дрожащими, словно чужими руками она натянула чистую сорочку и забралась под одеяло, укрываясь до подбородка. Уэйс лег рядом и притянул ее к себе, нежно положил руку на живот.
- Спокойной ночи, - прошептал он у самого ее лица. По телу Гвен пробежала дрожь. Она смогла в ответ лишь кивнуть и закрыла глаза. Уэйс не должен догадаться – спать ей хотелось не больше, чем ему самому, хоть и вызвано это было другими причинами.
***
Утро в замке наступило поздно. Сначала Гвендолен услышала привычные звуки, доносившиеся со двора замка, открыла глаза и улыбнулась родной обстановке.
- Как же хорошо дома, - сами вырвались слова. Она сладко потянулась и поняла, что находится в комнате не одна. Уэйс, сложив руки на груди, прислонился к колонне кровати, с легкой улыбкой наблюдая за женой и даже не стараясь унять бешеный стук сердца. Мог ли он подумать, что его мечта будет настолько близко, что он сможет смотреть на нее, не отрываясь? Гвендолен села и смущенно натянула одеяло повыше.
- Доброе утро.