Рабочий день подходил к концу, Степан сделал последнюю ходку на базу и сейчас разгрузившись на Майдане, ждал Круглого и Павла Иванова, вместе с ними он планировал съездить в один из районов Киева, где, по словам Круглого, они должны были забрать какие-то очень щедрые пожертвования, в виде тонны продуктов питания и нескольких сотен одеял. Это был дар, от одной из киевских коммерческих организаций, купили они это, на деньги, собранные с сотрудников фирмы, и даже хотели привести все сами, но в последний момент их «Газель» приказала долго жить. Вообще, для подобных целей есть специальный транспорт, но поскольку представители фирмы-благодетеля обратились в палатку Круглого, то он решил, что стоит провернуть все самим, тем более, что можно будет часть продуктов и одеял оставить для собственных нужд. Иванова взяли в качестве штурмана, он как коренной киевлянин знал город лучше всех.
— На кой ляд, вы шлемы взяли и дубье? — спросил Степан, когда Круглый, наконец, уместил свои телеса на переднем сидении. — Не дай бог, гайцы остановят, все нервы вытреплют!
— А куда мне каску девать? — ворчливо спросил Круглый, снимая с головы армейский стальной шлем, который был разрисован фосфорицирующимися люминесцентными красками. — Сам же знаешь, что армейские каски на вес золота. Оставишь без присмотра, вмиг уведут.
— Это не каска, это СШ-68, то есть стальной шлем, образца 1968 года. Понял? — нравоучительно произнес Степан. — Каска, вон у Иванова.
Действительно, на голове у Паши Иванова была надета заурядная пластиковая строительная каска оранжевого цвета.
— Да, мне пох как ты её называешь, если все говорят — каска, значит это каска! — легкомысленно отмахнулся Круглый. — А, ты, что в армии служил?
— Конечно! А как иначе?
— Как? Откосил и все!
— Там где я вырос, это было не принято, — спокойно ответил Степан. — Пацан должен был отслужить… либо отсидеть!
— Да-а, интересная перспектива, — глубокомысленно заявил Круглый.
Разговор затих как-то сам собой. Иванов изредка указывал, куда надо свернуть и где лучше проехать, чтобы объехать место, возможных автомобильных пробок — вечернее время, как раз час-пик.
— А, это точно, то место, куда мы должны были приехать? — спросил Круглый, с опаской выглядывая из окна. — Что-то не сильно это похоже на представительство крупной фирмы.
Действительно пейзаж за окном больше всего походил на декорации к фильмам об апокалипсисе: заброшенная промышленная зона, полуразрушенные бараки и кучи строительного мусора. Фонарей в помине не было, хорошо, что ночь стояла безоблачная, да луна светила, как обезумевший прожектор.
— Куда сказал, туда и приехали, — недовольно скривившись, огрызнулся Иванов. — Позвони, переспроси адрес, может чего-то напутали?
Круглый достал из кармана куртки сотовый телефон и только собрался набрать номер, как неожиданно из ближайших развалин раздались частые выстрелы.
Щелк! Щелк! Щелк! — что-то мелкокалиберное било в короткий капот фургона.
— Ёп! Пригнитесь! — зло прошипел Степан, переключая фары на дальний свет.
Резко взвизгнув передними покрышками машина сорвалась с места и заложив крутой вираж, развернулась на засыпанном снегом пяточке.
Бум! Бум! — раздались глухие удар в борт фургона.
— Стреляют?! — громко закричал Иванов.
— Не бзди! Всего лишь кирпичи кидают! — успокоил товарищей Левченко. — Суки! Всю краску на машине побьют!
— Приехали! — испуганно прошептал Круглый.
Степан резко затормозил — впереди дорогу перекрывал ЗИЛ-«бычок», вокруг него стояли несколько парней, держащих в руках длинные пруты арматуры. Посмотрев в зеркало заднего вида, Степан увидел, что путь назад тоже был отрезан — на дорогу выехал большой внедорожник «Паджеро».
— Твою мать! Зачем мы им? — истерично, закричал Иванов
— Выйди и спроси, — неожиданно спокойно, произнес Степан. — Пристегнитесь!
Сам Левченко был уже пристегнут, Круглый и Иванов, судорожно начали искать ремни безопасности.
— Здесь нет ремней! — хватаясь обеими руками за ручку над головой вскрикнул Круглый.
— Ну, значит вам не повезло, — таким же спокойным голосом ответил Левченко. — Держитесь, сейчас будет удар!
Фургон снова взвизгнув резиной покрышек, помчался назад! Парни, стоявшие перед ЗИЛом, растеряно замахали руками, а потом побежали за машиной — беглецом.