— А-аа! — заорал высокий парень, отскакивая назад и тряся от боли рукой со сломанными пальцами.
Левченко тут же, чтобы закрепить победу, бьет тяжелым ботинком по коленной чашечке, прыгающего противника. Высокий парень падает на землю и начинает по-волчьи выть от боли. Степан широко размахнулся и сильно, с оттяжечкой, как футболист пробивающий одиннадцатиметровый ударил по голове поверженного врага. Бум! — глухой удар, голова лежащего на земле парня дергается и снег окрашиваться кровью из разбитого носа. Все! Этот готов!
Левченко развернулся, чтобы оглядеть поле боя: Иванов «танцует» с невысоким крепышом в куртке с капюшоном, а Круглый затравленно отмахивается от двух парней, наседающих на него с разных сторон. У одного из этих парней лицо залито кровью, похоже, это тот самый, в кого попала дубинка. Немного в стороне, сидел совсем молодой паренек и отчаянно тер снегом глаза — ага, это тот, которого ослепила вспышка!
Подняв лежащий на земле железный прут, Левченко примерился и широко размахнувшись метнул его. Кидал, как в детстве, когда они с пацанами играли в «пекаря». Тогда надо было сбить железную банку, ну а теперь всего лишь попасть по ногам, одного из тех гадов, которые навалились на Круглого. Прут, вращаясь как винт вертолета, со всего размаху ударил по ногам. Парень громко, по-бабски вскрикнул и лицом вперед упал на землю. Его напарник на секунду отвлекся от Круглого, чтобы посмотреть откуда ему грозит новая опасность… и этого мгновения хватило, чтобы он пропустил удар дубинки в голову, а потом еще один и еще один. Круглый бил с яростью не обращая внимания на крики о помощи.
Противник Иванова заметил, что остался в меньшинстве и бросился наутек. Подобрав с земли обломок белого силикатного кирпича, Степан бросил его вдогонку убегающему. Не попал, камень пролетел мимо. Степан подобрал еще один кусок кирпича и бросил его вновь, снова не попал, а потом было уже поздно — парень скрылся в темноте.
Оглядевшись вокруг, Степан подбежал с трущему глаза снегом молодчику. Парень стоял на коленях и тихо матерился. Казалось, что он не замечает ничего вокруг, ему бы сейчас убегать от греха подальше, а он глаза тут натирает.
— А, ты чего не убежал, бедолага? — спросил Степан, подходя к ослепшему парню.
— Ты, кто? — парень повернулся на звук. — Помоги встать!
— А ты не перегибаешь?! — рассмеявшись, поинтересовался Левченко. — Вообще-то, ты — пленник, так что веди себя соответствующе!
— Ты, хоть знаешь, кто мой папа? — угрожающе зашипел парень. — Вы все трупы, если мне не поможете!
Хрясь! — Левченко ударил ногой в лицо наглецу, а когда тот упал навзничь, добавил еще несколько раз, но теперь уже по почкам.
— Не бейте, не бейте меня! — громко заорал парень. — Мой папа даст вам денег! Много денег!
— Обыщите этих, — приказал Степан подбежавшим, Иванову и Круглому. — Забирайте документы и флешки из мобильников.
— Валить надо, один то сбежал, — скороговоркой произнес Круглый.
— Правильно, валить надо, — согласился Степан. — Только не впопыхах. Вначале узнаем, за каким лешим, они на нас засаду устроили.
— Я здесь не причем! — плаксивым голосом прокричал парень. — Меня заставили.
— Слышь, ты, убогий. Еще раз вякнешь не по делу, получишь в печень, — наклонившись над самым ухом, тихо проговорил Левченко. — Быстро колись: кто вы такие и почему именно на нас решили устроить засаду.
— Я не знаююю, — парня забила крупная дрожь, из его глаз потекли слезы, которые он тут же принялся размазывать по окровавленному лицу. — Я — водитель, простой водитель!
— Хорош, втирать! — грубо одернул его Степан. — Ты, только, что угрожал мне своим папой. Короче я еще раз спрошу: кто вас нанял? И если не получу вразумительный ответ, то сломаю тебе руку! Ну?!
— Я не знаю, — дрогнувшим голосом ответил парень.
Степан, резким движением вытянул руку парня и до упора вывернул кисть, раздался еле слышный щелчок, рвущихся хрящей.
— А-ааа, ы-ыы! — бедолага забился в истерике, пытаясь вывернуться.
Левченко схватил его за затылок и со всей силы вдавил лицом, в перемешанный с землей снег.