Выбрать главу

— Ну, что?! На счет три! И раз, и два….и три! — громко выкрикнув команду, Словник уперся плечом в борт автобуса, и сильно оттолкнувшись ногами, навалился, пытаясь сдвинуть «Богдан» с места. — Давай… поднажми! И еще раз!

Автобус дернулся и медленно поехал вперед, постепенно набирая скорость. Несколько раз фыркнув двигателем он завелся и дальше уже поехал сам. Это вызвало волну восторга и криков радости.

Мимо проехал темно-синий автобус близнец «Богдана», который был закреплен за крымским спецназом. Вот только судя по внешнему виду этот автобус, был намного новее, а самое главное на его содержании не экономили. Проезжая мимо стоявших плотной толпой беркутовцев, клаксон автобуса выдал пронзительный рев, а из окон торчали счастливые лица коллег, которые махали руками и корчили рожи. Судя по номерам, автобус был приписан к одной из восточных областей Украины.

— И не остановились, суки! Видят же, что свои. Трудно, что ли было остановиться и узнать, не нужна ли нам помощь? — мрачно глядя в сторону скрывшегося за поворотом автобуса, произнес Леший. — С западенцами и то легче общаться, чем с этими зазнайками.

Леший был прав, парадоксально, но парни из крымского «Беркута» сошлись и нашли общий язык с коллегами из западных областей. Так получалось, что их отряды стояли рядом и бойцы замечательно общались между собой: делились посылками из дома и помогали друг другу. Даже тот факт, что парни из Крыма говорили на русском, а их коллеги на украинском языке никого не напрягал — все замечательно понимали друг друга.

Через десять минут автобус, вновь громко тарахтя, отправился в путь. Словник укутавшись в одеяло уснул прислонившись головой к стеклу. Проснулся он от того, что в автобусе раздалось несколько встревоженных криков и возгласов. Завертев спросонья головой в разные стороны, Владимир не сразу понял, что происходи вокруг, вначале показалось, что сейчас неожиданно наступил рассвет — сквозь окна автобуса внутрь салоны бил розовый свет, как бывает ранним утром, когда встает солнце. И только приглядевшись, Слон понял, что это горит — впереди, по ходу движения их «Богдана» стоял остов автобуса, который пылал как пионерский костер — высокие языки огня понимались вверх, стараясь достать до звезд.

— Тормози! — что есть мочи заорал Словник. — Кто-нибудь вызовите пожарных и скорую! Все наружу!

Водитель открыл дверцу раньше, чем успел остановить автобус. Владимир вырвал из креплений небольшой огнетушитель, который был закреплен в скобах рядом с дверью автобуса, и на ходу выпрыгнул из дверного проема. Приземлился удачно — устоял на ногах и даже продолжил бег, не останавливаясь ни на секунду. До огромного костра было всего каких-то двадцать метров. Автобус полыхал, как ярким пламенем сверкая и плюясь в разные стороны брызгами, наподобие бенгальского огня. Вокруг автобуса лежало несколько обгорелых тел. Словник подбежал к ближайшему, слабошевелящемуся телу и, нажав на рычаг огнетушителя, обдал его струей порошка… огнетушитель издал протяжный свист, пукнул, выпустил из раструба небольшое облачко… и перестал работать.

— Да, ёп твою в бога, в душу, в мать! — в сердцах выкрикнул Слон, и, откинув ненужный баллон в сторону, подхватил тело подмышки, перевернув его. — Аптечку!!! — дурным голосом заорал Словник: — Противошоковое!

Молодой парень: форменный бушлат выгорел полностью, куртка под ним тоже зияла огромными прожженными пятнами, вокруг разносился сильный запах горелой плоти, как будто кто-то сжег большую перьевую подушку. Знакомый запах! Так пахнет горелая человечина! Уж чего-чего, а этого за последние недели Словник нанюхался вдоволь — «коктейли Молотова» собирали свой урожай, во время каждого столкновения с митингующими.

Бум! — совсем рядом, неожиданно упала трехлитровая банка, которая неизвестно откуда вылетела. Инстинктивно Словник прикрыл своим телом раненного от разлетевшихся в разные стороны осколков стекла. Тягучая мутноватая жидкость, отдающая химическим запахом, брызнула в разные стороны… и вспыхнула стеной огня. Несколько крупных капель попали на правый рукав куртки Владимира, и когда вокруг разверзся огненный ад, одежда занялась ярким, светящимся пламенем.