На какое-то время воцарилась тишина. Каждый думал о чём-то своём, и никто не спешил высказываться. Первым молчание прервал Толик, его голос, думаю, был изначально известен абсолютно каждому.
— Я голосую за то, чтобы разрешить Юрию Петровичу остаться, если позволите, то комментировать своё решение не стану.
— Я считаю, что Юрий стал жертвой обстоятельств, — слово взяла Айгера, — поэтому не вижу в его действиях ничего непоправимого. Голосую за второй шанс! На его месте мог оказаться любой из нас. Настоящий предатель — Лиза, и Юрию просто не повезло, что она выбрала своей целью именно его.
— Я вряд ли могу считаться «старичком», — зло прошипел Володя, — но и молчать не стану, потому как знаю эту тварь лучше всех из здесь присутствующих. Она умелый манипулятор, я сам стал её жертвой, но легко отделался, поэтому Юрия Петровича понимаю прекрасно и не виню. Спасибо за внимание.
— Сэм, девочки, Андрей, остальные? — я решил поторопить ребят, когда молчание снова затянулось.
— Честно говоря, я не знаю, — высказался Танк, — с одной стороны, доводы предыдущих ораторов ясны и понятны, но с другой — мне кажется, что Юрий немного лукавит. Мы много общались, пока Олега не было, и я думаю, что он и сам рассматривал разные варианты развития событий. Юрий, прошу прокомментировать мои подозрения.
— Ты прав, Андрей, скрывать не стану, я рассматривал разные варианты, — легко признался Загонов. — мы с вами на тот момент были не так долго знакомы, чтобы я смог доверить будущее, своё и дочери, исключительно вам. Диверсификация — основа любого бизнеса. Я был обязан прикинуть разные варианты и постараться минимизировать риски.
— Знаешь, Юрий, — Андрей как-то задумчиво взглянул на него, — вот если бы ты стал врать и изворачиваться, я бы проголосовал за изгнание. Но ты честен, и я надеюсь, что станешь с таким же усердием заботиться об экономике клана. Мой голос за прощение, но с испытательным сроком!
— А я против, и даже не из-за случившегося, — вот и первое иное мнение, внезапно, от Полковника, — поясню. Я знаю Юрия очень давно и читал его полное досье, поверьте, там имеется немало спорных достижений. Считаю, что если человек когда-то запятнал себя участием в тёмных делишках, из него это уже не вытравить. — следом за Полковником «против» проголосовали и двое его бывших сослуживцев.
— Это были девяностые, Семён, — Загонов посчитал нужным ответить на речь Полковника. — Сам же знаешь, как тогда дела делались.
— Знаю, Юра, но я всегда находился по другую сторону баррикад, — ответил Семёнов, — и результаты бандитских разборок тех лет до сих пор снятся мне в кошмарах. Ты нормальный мужик, возможно самый нормальный из этой вашей братии, но всё моё нутро просто не позволяет мне проголосовать «за».
Так, пока четыре-три в пользу Загонова, а нет, пять-три. Юлю-то я не посчитал. Что ж, пока неплохо.
— Мы «против», — высказалась Маша за себя и сестру, — кодекс самурая не допускает предательства ни в каком виде! — ну да, они же у нас из Японии, ожидаемо.
— Я тоже «против», — вот Сэм меня удивил. Я был уверен, что этот добряк точно пожалеет Загонова. — Я почти всё время был вместе с Олегом на Луркерии, а после того, как он пропал, и без него. Уверен, мы и дальше будем находиться на передовой. А когда славные воины уходят в поход, они должны быть полностью уверены в том, что дома остаются люди, на которых можно положиться, доверить своих близких. К сожалению, на Юрия я лично положиться не готов. Олег прав в том, что нам нужен тот, кто будет заниматься экономикой, но я бы поискал другого человека на эту роль.
Пять-шесть, попахивает фиаско… Такого я, если честно, никак не ожидал.
— А я «за», — проголосовал наконец Ярик. — Считаю, что Юрий нам необходим. Мы с ним уже неплохо сработались и составили план дальнейшего развития, его надо немного скорректировать, но сильно это ситуации не меняет. Не взирая на прошлые ошибки, чисто из прагматических соображений, я полностью согласен с Олегом в этом вопросе.
— Итого, шесть-шесть, — подвёл я промежуточный итог, — Ничья. Из тех, кого напрямую коснулась ситуация с Юрием, остался только один член клана. Эми твой голос решающий.
— Я? — Кошкодевочка выпучила глаза, — Но я же рабыня! У меня не может быть права голоса!
— Кстати, хорошо, что напомнила, — я достал из инвентаря стазисный куб и ненадолго заглянул в интерфейс, — всё, ты больше не рабыня. Теперь, когда у нас есть клан, тебе на Земле ничего не угрожает. Поздравляю, Эмилия, ты свободна.