По лесу то и дело раздавались вопли боли и стоны. Сигуре меня обучала не только искусству установки ловушек из подручных предметов и природных элементов.
Дождь еще сильнее усугубил проблему поиска в темноте. Они, конечно, могут попытаться попробовать поискать с помощью клановых способностей, вот только они так больше сами себе навредят, ибо нас трое, а их — в десять раз больше…
Внезапно выскочившая из кустов фигура получила в лицо влажный ком грязи и потеряла драгоценные секунды внезапности.
Успокоив и аккуратно уложив страдалицу в корнях дерева, я снял с девушки жетон.
В следующий миг я перекувырнулся в сторону. Глубоко уйдя в кору дерева, на том месте, где была моя голова, торчала рукоять ножа. Следующий я отбил в сторону наручем. Из кустов держа в правой руке катану, а в левой еще один нож, осторожно ступая, в мою сторону шла фигура в маскировочном плаще.
Нож полетел мне в лицо, но я успел отклонить в сторону голову…
Вопль боли позади меня заставил перекатиться в сторону. Похоже, меня попытались взять в клещи, но судьба оказалась ко мне более благосклонной.
Меченосцу в правое бедро вошел сюрикен, а в лицо любителя подкрадываться со спины — мой кулак. Нож угодил ему в область правой ключицы.
Отобрать меч у упавшей фигуры в плаще оказалось не так-то просто: он вращал мечем, как заправская газонокосилка. Как бы не задело…
"Интересно, как там девчата?"
Такеда проснулся от холода и неожиданной тишины. Укрывшись от ливня под навесом автобусной остановки, он не заметил, как заснул. И замерз. Все тело ломило от холода. Глянув на часы, он выругался, ибо прошло четыре часа. Четыре часа как…
Быстро размяв мышцы, он почувствовал хоть и слабый, но прилив тепла.
Подхватив покрышку, Такеда внимательно оглянулся. Солнце уже успело встать, но еще не успело своими лучами прогреть землю. Ливень обильно смочил дорожное покрытие, сделав его к тому же скользким.
"Вперед! До берега моря еще пять километров, а там и обратная дорога. Эх, хорошо остальным — небось, нежатся дома в тепле".
Ночь прошла, как и обычный мой день — адски устал, замерз, промок, исцарапался о ветви деревьев, ну и доволен, как кот после употребления валерьянки.
К назначенному сроку я вышел одним из последних. В палаточном лагере уже вовсю оказывали медицинскую помощь, кто-то приводил себя в порядок, отмывая загаженную в грязи ночного леса одежду.
Свалив свою ношу на землю, я выругался на великом могучем, заставив покраснеть одну темноволосую девушку европейской наружности.
На меня тут же посмотрело несколько десятков злых и уставших взглядов.
Обстановку разрядил чей-то смех, тут же подхваченный остальными. Как оказалось, их рассмешил мой внешний вид. Весь в траве и одежде из ветвей кустов. Лицо перепачкано слегка подсохшей грязью.
Первой ко мне подскочила Фуриндзи и принялась помогать снимать лиственный доспех. Позднее подошла Ренка, достав откуда-то фотоаппарат. Эти кадры я потом приложу к альбому, который начал собирать в этом мире. Мелочь, а приятно.
К пострадавшему подбежали медики. Когда я засобирался к лагерю, то наткнулся на девушку со сломанной ногой. Она, похоже, повредила ногу, в самом начале ливня. Когда я ее нашел, она уже была в полубреде, лопоча что-то на французском. Увы, но этим языком не владею. Знаю только, как "здрасте" и "извините, я не владею французским, говорите ли вы на английском или русском". Бегло осмотрев девушку, врачи подхватили импровизированные носилки и унесли вглубь лагеря.
После того, как мне помогли почиститься, Ренка протянула армейский пищевой полевой котелок индивидуального пользования с горячей едой. Только в такие моменты понимаешь, что рисовая каша с кусочками мяса и специями — лучшее начало дня! Пока я ел, девушки со странными улыбками наблюдали за мной — из-за этого я даже пару раз подавился!
"У Ренки довольно сильный удар… Если это — любя, то с какой же силой она ударит, возненавидев?"
По спине пробежала дрожь, и я зябко повел плечами.
— Замерз? — участливо спросила Мию.
— Скорее всего, простыл. А замерзли… думаю, замерзли все присутствовавшие в лагере. Ткань хоть и водоотталкивающая, но тоже намокла. — Я оглянулся на сушившуюся на ветвях куртку. — Сами давно пришли? А то смотрю, успели привести себя в порядок.
— Примерно час-полтора назад, а ты почему так долго?
— Ну, ты видела ту пострадавшую. Не бросать же. Тем более, она вряд ли виновата в тех событиях.