— Да встаю я, встаю! Мию, сколько же можно!
Я с трудом открыл глаза и сел.
Понимание того что я отнюдь не дома, и нахлынувшие воспоминания не принесли никакой радости. Мию не было. Под каменным козырьком находились трое. Я, Ренка и связанный пыхтящий комок, пытающийся развязать узлы, стягивающие ее запястья и лодыжки.
В следующий миг меня попытались задушить в прямом и переносном смысле. Ренка весьма впечатлительная и эмоциональная особа. У нее все от широкой ру… китайской души. С размахом.
— Задушишь медвежонок-панда! Рен где мы? — я потянулся, разминая затекшие мышцы.
— У самого основания, или еще ниже. Скоро уже начнет смеркаться.
— Мию где?
Ренка неопределенно пожала плечами.
— Вот "это" сбило тебя, я с трудом успела ухватиться за нее. Это чудо пыталось свернуть тебе шею, пока ты лежал без сознания. — В бок пришел легкий удар Ренки. — Когда ты уже научишься внимательности? Она умудрилась вырубить и сбросить тебя за доли секунды! Ты понимаешь, что это позор для моего отца, да и остальных учителей? Боги! Ты просто бесполезен!
— Х-хорошо-о, т-только душить прекрати!
Я поднялся на ноги и принялся проверять снаряжение, которое брал с собой. Рядом обнаружился ранец. Ренка похоже прихватила и его, либо он так и не слетел с плеч, а его сняли. Достав телефон, я только сплюнул. Я и забыл, что тут только проводной и радиотелефон действуют. Горы чтоб их.
— Бесполезно. Связи нет, — Ренка покачала головой.
— Я так и понял. Ты рассмотрела, в какой стороне подъемник?
Ренка кивнула и произнесла:
— Около километра вверх по склону, но как я поняла, он ведет на противоположную часть курорта. Там сейчас закрытая зона…
— Тебя это останавливает? — я удивленно посмотрел на Ренку.
— НЕТ!
— Вот и отлично. — Я поднял раскрытую ладонь, предотвращая готовый сорваться поток слов. — Сейчас разберемся с балластом и идем.
Я подошел, и сел на корточках рядом с пыхтящим комком, связанным прочными кожаными шнурками. Скорее всего, шнурки из моего рюкзака. Я помню, складывал несколько штук на всякий случай. Вот и пригодились.
— Ну, здравствуй индийское чудо. Выполняешь грязную работу своего господина? Увы, уже "не помню", как его величают. Да и зря, наверное, отправил выполнять грязную работенку ребенка.
— Не смей оскорблять гос… — Ее глаза яростно сверкнули, но она так и не произнесла, ни слова больше.
— Пока и не начинал чудо в перьях. Я тебя отпущу, передашь весть своему принцу. Запоминай дословно: "Мне плевать, кто или что ты есть. Твое положение в обществе всего лишь пыль перед величием тех, кто оставил свой след в истории. Хочешь доказать, что не низший червь топчущий землю — приходи сам, а не посылай неразумного ребенка делать работу мужчины!" Все запомнила?
Этот индийский нахохлившийся воробушек готов был меня испепелить взглядом. Я достал перочинный складной нож и резанул по узлам, развязывать практически бесполезно, я так и не понял, как учитель Сигуре их делает.
Нападать она даже не стала, принявшись растирать следы от навязок.
— Иди и передай слово в слово. Я не дерусь с детьми.
— Ты вот так ее просто отпустишь? — У Ренки от удивления вытянулось лицо.
— А ты предлагаешь ее тут закопать или оставить? Не знал, что ты так относишься к детям… — Под моей улыбкой девушка покраснела, сровнявшись цветом с лыжной курткой. — ДУРАК!
Девочка тем временем быстро выбежала на свет и, схватив валявшиеся в стороне обломки лыж, проваливаясь в сугробах, принялась удаляться, постоянно оглядываясь.
— Все можно идти. Дойдем до подъемника, а там доберемся и до вершины. Если что заночуем на станции. Нас, думаю, уже ищут.
"По крайней мере, Мию точно, а в рюкзаке на всякий случай несколько поисковых маячков, один из которых должен уже быть запеленгован Ниидзимой".
Турбаза лыжного курорта. В главном холле возле выхода шел напряженный разговор.
— Так ты говоришь, что они так и не вернулись?
— Нет, и рация ничего не ловит! — покачал головой Ниидзима. — Сначала, когда они катались, у Сирахамы исправно работал маячок, но теперь вообще ничего не пашет! Треклятые горы!
— Скоро начнет темнеть, а ночью в горах они могут и не выжить, температура будет понижаться. — Танимото скрипнул зубами. — Собирайся, придется идти искать, на завуча вообще надежды нет, он до сих пор читает нотации классному руководителю Сирахамы.
"Проклятье, вот придурок недобитый! А все туда же со своими лыжами!"