— Как вам будет угодно, султанша, — кивнула сиделка.
— Селим, пойдем со мной, — ласково проговорила султанша, и мальчик, поднявшись с кровати, подошел к ней. — Фериде, возьми Севен. Навестим Сейхан. Это ли забота, о которой она говорила?
Топкапы. Покои управляющей.
— А что с жалованьем? — забирая из рук госпожи документы, воскликнула Фахрие-калфа. — Оно было задержано на три дня после истечения обещанного срока.
Сейхан Султан, поджав губы, нахмурилась.
— Выплатите наложницам жалованье немедленно, Фахрие. Если не хватит средств из опустевшей из-за похода казны, то я готова оплатить недостаток из своих сбережений.
— Как прикажете, — кивнула калфа.
Женщины обернулись на скрип отворившихся дверей покоев, в которые вошла Шах Султан, держа за руку шехзаде Селима, а позади неё шла Фериде-калфа с Севен Султан на руках. Сейхан Султан вынужденно поднялась с тахты и поклонилась, как и Фахрие-калфа.
— Султанша.
— Где Махмуд и Мурад? — осведомилась та, оглядевшись в покоях. — Пусть Селим и Севен пообщаются со своими братьями. Неужели тебе не было известно, что они погрузились в тоску и хандру из-за одиночества? Это ли забота, о который ты твердишь мне?
Проглотив её нелицеприятные слова, Сейхан Султан обернулась к Зейнар-хатун, которая стояла неподалеку.
— Зейнар, отведи Селима и Севен в комнату моих сыновей. Останься с ними.
— Как прикажете.
Забрав детей, служанка удалилась, хлопнув дверьми.
— Фахрие-калфа. Оставьте нас с Сейхан.
Калфа, поклонившись сначала Сейхан Султан, а после Шах Султан, покинула покои, унеся с собой гаремные учетные книги и бумаги.
— Вы хотели со мной о чем-то поговорить, султанша? — приторно-вежливо воскликнула Сейхан Султан, сложив руки перед собой.
— Просто хочу предупредить. Недолго тебе осталось править в гареме. Не то что править, даже дышать.
Сейхан с самодовольной улыбкой подошла к госпоже, которая пронзала её своими карими глазами.
— Мне ваши угрозы ни по чем, султанша. Что бы вы ни делали, я буду властвовать над этим дворцом, над гаремом и в сердце нашего повелителя.
Загадочно ухмыльнувшись, Шах Султан смерила самоуверенную фаворитку насмешливым взглядом и покинула покои. Сейхан Султан отчего-то почувствовала себя неуютно, но, не придав, как всегда, значения словам Шах Султан, вернулась на тахту.
Дворец санджак-бея в Манисе. Покои Михримах Султан.
— Прекрати устраивать склоки в гареме, — ровным голосом говорила Михримах Султан. — Образумься, наконец. Дэфне, а уж тем более Селин тебе не в силах помешать ни в чем, если будешь вести себя умнее. Как я вижу, ты умная и амбициозная девушка, которая шехзаде делить ни с кем не намерена.
Гюльхан Султан, подняв на госпожу синие глаза, нахмурилась.
— Трудно удержаться, султанша, когда…
— Трудно, но возможно, — возразила та, сощурив глаза. — Знай, что именно шехзаде Орхан в будущем взойдет на престол. Селин, бывшая матерью его старшего сына, была бы главной его женой, но Аллах лишил ее султанства со смертью ее сына. Теперь мать старшего шехзаде — ты, Гюльхан. Какая бы любовь не связывала Дэфне и Орхана, ты — будущая Хасеки Султан.
Рыжеволосая девушка довольно улыбнулась.
— Веди себя достойно и вернёшь расположение шехзаде. Нам всем известно, что он, даже если и привязался к одной женщине, как к Дэфне, о других не забывает.
— Но зачем вам помогать мне, султанша?
Михримах Султан, взглянув на свои морщинистые руки, лежащие у нее на коленях, вздохнула.
— Взамен на помощь я предлагаю тебе верно служить мне, докладывать ситуации в Манисе, оберегать шехзаде и выполнять мои поручения.
Растерянно нахмурившись, Гюльхан Султан взглянула на госпожу.
— Султанша, я…
— Даю тебе время подумать. Можешь идти.
Топкапы. Комната Фахрие-калфы.
Насупившись, калфа спешно выписывала на небольшом клочке бумаги послание для своей госпожи.
«Султанша,
Сообщаю вам о том, что Шах Султан после вашего отъезда в Манису и отбытия повелителя в военный поход начала действовать. Думаю, она желает в ваше отсутствие избавиться от Сейхан Султан, с которой вступила в открытую борьбу, а после занять место управляющей гарема, о котором так долго мечтала.
Сейхан Султан, как оказалось, дочь генуэзского адмирала Андреа Дориа. Об этом сообщила явившаяся во дворец сеньора Дориа, ее старшая сестра — консул в совете Генуи.
Вместе они добились того, что Сейхан Султан было разрешено посещать мужское крыло и дворцовую библиотеку, а также заниматься вместе с сеньорой Дориа воинским искусством, отчего вся империя содрогнулась.
Сейхан Султан добилась расположения повелителя, и он для неё готов всё сделать.
Прошу вас, султанша, о скорейшем возвращении в столицу, так как без вас хаос обуял Топкапы.
Фахрие-калфа»
Закончив, Фахрие-калфа свернула послание в трубочку и, перевязав его шнурком, вышла из своей комнаты, дабы отправить письмо в Манису с верным гонцом.
Некоторое время спустя…
Военный лагерь. Шатер султана.
Восседая за письменным столом и рассматривая географическую карту, заставленную стратегическими фигурами, султан Мехмет поднял глаза к вошедшему в покои охраннику, который, поклонившись, протянул ему в руки письмо в футляре.
— Повелитель, для вас письмо из столицы.
— От кого?
— Гонец сообщил, что от Шах Султан.
Нахмурившись, султан взял футляр в свои руки, разочаровавшись в том, что это письмо не от Сейхан Султан, которая обещала писать ему в разлуке. Открыв футляр, повелитель жестом приказал слуге удалиться из шатра и выудил два письма, одно из которых было закручено во втором. Прочистив горло, он приступил к чтению первого письма, содержание которого потрясло его.
«Повелитель,
В ваше отсутствие случилось нечто, о чём вам необходимо узнать.
Надеюсь, вы в здравии, и моё письмо настигнет вас вовремя, избавив от угрозы вашей жизни, престолу и власти вашей, простирающейся на весь мир.
На днях мне довелось обличить истинное лицо Сейхан Султан, вашей наложницы, которой вы доверили Топкапы, гарем и детей.
Случилось так, что я, прогуливаясь по дворцовому саду, случайно услышала разговор Сейхан Султан с её сестрой, сеньорой Дориа, в котором они обсуждали поразившую меня своим коварством интригу.
Сейхан Султан намеревается узурпировать престол.
Она отправила в военный лагерь, где вы пребываете, убийцу, должного убить вас.
Когда же вас, упаси Аллах, настигла бы смерть, Сейхан Султан в отсутствие Михримах Султан и Нурбахар Султан, матери шехзаде Селима, а также из-за удаленности моего брата шехзаде Орхана, заняла бы быстрее всех престол с помощью одного из своих сыновей.
В силу их малолетства, она, по ее намерениям, стала бы при нем регентом и правила бы империей до его совершеннолетия, а ее второй сын, шехзаде Селим и шехзаде Орхан были бы по закону казнены.
Также Сейхан Султан отправила письмо генуэзскому генералу Андреа Джованни Дориа, который приходится мужем ее сестры, сеньоры Рейны, в котором попросила помощи со стороны флота Генуи, враждебной нам страны, если ей, как регенту-женщине, откажутся подчиняться.
Это государственная измена, не иначе, повелитель.
Мне удалось перехватить это письмо, которое я предоставляю вам в качестве доказательства своих слов. Его подлинность и принадлежность руке Сейхан Султан доказывает печать управляющей гарема, которой распоряжаться может лишь сама султанша.
Прошу вас, повелитель, сообщите мне о том, что с вами все в порядке.
Берегитесь наемника, который был отправлен убить вас.
Хюма Шах Султан».
Задохнувшись от возмущения, султан Мехмет отбросил прочитанное письмо в сторону и хмуро взглянул на лежащее на столе второе письмо. Не веря ни единому слову дочери, он все же принялся читать второе письмо, содержание которого действительно соответствовало рассказу дочери. Внизу красовалась печать управляющей гарема, доказывающая виновность Сейхан Султан.