—Если ты «книгой» называешь краткую историю Первого Время, создающуюся по рассказам Амадеус, то относительно медленно. Будучи студентом вовлечённым в учебные активность и борьбу за существование человечества, у меня не всегда находится время вести эту работу. Однако, я и вправду горю этим делом. Особенно меня мотивирует Алиса и Тереза, которые помогали человечеству из чистого альтруизма, распространяя любовь и толерантность среди людей, отчего то, что им пришлось пожертвовать собой, заставляет моё сердце обливаться кровью. А что ты думаешь на их счёт?
—Алиса и правда исключительный пример чистого альтруиста среди людей, которая заслуживает быть вписанной в историю даже того мира, где она никогда не была рождена. Однако история Терезы вызывает у меня сомнения, которые я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть из-за малого количество информации от Амадеус, и её неточность в связи с субъективным взглядом данной особы, - за это время Сократ пройдёт ещё определённое количество пещер, также не обнаружив ничего полезного.
—Знаешь что ещё меня гложит? - скажет Фрейд, после длительной паузы. – Я ведь по сути простой студент психологического факультета в самом обычном городе самой обычной страны, не обладающая выдающимися знаниями и умениями. Почему… Нет, не так… Я не думаю, что я подхожу для того, чтобы заниматься этим, ну ты понимаешь. Делами, которые на прямую связанны с судьбой всего человечества и его вымиранием. Когда Амадеус рассказывала, что происходило в Первом Времени, мне начали снится кошмары, почти что каждую ночь. Мне очень и очень страшно от того, что нас ждёт, и то, чем всё это может обернутся. Но когда я смотрю на тебя, я вообще не вижу подобного страха или какого-либо экзистенциального кризиса.
—Судьба этого мира всегда была в руках обычным людей. И да, в самом начале я чувствовала тоже самое, что и ты, и страх сейчас никуда не ушёл. Я всё ещё боюсь и нахожусь в стрессе, часто даже в фрустрации, однако обстоятельства так сложились, что мы сейчас ответственны за будущее нашей цивилизации, и мы не имеем права окстится и просто ожидать, когда всё разрешится, потому что этого не случится. Всё зиждется на нас, Фрейд, так что мы должны действовать…
—Ты права, но чувствами не так просто управлять, даже будучи психологом, - Фрейд немного промолчит, после чего поправит себя. – Будущим психологом...
—Подожди, - проговорит Сократ, когда подойдёт к пещере, внутри которой вспыхнет яркий свет. Он будет слишком неестественным, словно танец множества аквамариновых змей, что явно укажет на его неизвестное, даже паранормальное происхождение. – Я должно быть нашла её, ты обязана меня видеть, так что понимаешь куда тебе стоит выдвинутся, а я пока зайду внутрь.
—Но ты же сказала, чтобы мы ждали друг друга, когда найдём её!
—Нет, я сказала, ты должна сообщить мне, когда найдёшь что-то странное. Тебе следует прекрасно понимать, почему наоборот это не работает.
Сократ сбросит звонок, и сделает глубокий вдох. Отодвигая ветви свисающих кустов, которыми поросла пещера, она войдёт внутрь, узрев невероятную картину. Меж базальтовых стен будет простираться огромная сеть шелковистой паутины, в центре которой будет находится большой чёрный паук голиаф, источающий голубоватое свечение. Он будет притягивать внимание, тем самым скрывая за собой бесчисленных маленьких чёрных паучков, ворошащихся по всем поверхностям внутри пещеры за паутиной. Когда Сократ войдёт внутрь, это их разбудит и они сразу двинутся к ней, покрывая девушку словно чёрная мантия. Не смотря на леденящую душу ситуацию, Сократ не дрогнет, потому что изначально предвидела данный расклад событий. Она лишь расслабится и приготовится к тому, что будет её ждать.
Когда пауки полностью поглотят под собою девушку, наступит кромешная тьма, которая продлится несколько секунд, после чего в глаза ей ударит яркий ослепительный свет, заставив Сократ зажмурится и закрыть лицо руками. И вот свет постепенно ослабнет, и девушка отворит свои очи, обнаружив себя в просторном помещении без какой либо мебели или интерьера. В нескольких шагах перед ней будет стена, полностью состоящая из панорамных окон, в которых будут видны лишь белые и пушистые облака, да эмпирей цвета морозного неба. На фоне этих окон к ней спиной будет стоять неизвестная женщина в странном наряде, похожим по стилю на древнегреческий с примесью древнего Египта. Однако Сократ прекрасно будет понимать, что это за женщина и что она будет тут делать.
—Приветствую тебя в обители моего разума, прошлая я, - обернувшись, эта женщина окажется самой Сократ.