Николай, стоящий рядом, не мог не поддержать этот момент, произнеся:
— Спасибо, Арсений
Арсений, сияя от счастья, покинул сцену с наградой, его лицо светилось гордостью и радостью. Толпа немедленно окружила его - журналисты, желающие запечатлеть этот момент и задать множество вопросов о победе. Я задержалась на месте, восхищаясь его успехом, но вскоре почувствовала, как какое-то тепло стало покидать тело. Внутри всё сжалось.
— Я отойду, — произнесла я Ярославу, который, наблюдая за общением Арсения с прессой, кивнул, не отрывая взгляда. Я направилась к туалету, проходя мимо одетых в вечерние наряды столов и людей, разговоры которых сливались в единый шум.
В туалете меня начало трясти, как будто я поймала простуду. Я смотрела на своё отражение в зеркале - косметика, безусловно, утратила свою привлекательность. Я набрала немного воды на салфетку и осторожно промокнула лицо, надеясь, что это хоть как-то поможет. Однако я осознавала, что так дольше не смогу оставаться. Быстрым движением я написала сообщение Ярославу: “Вызови такси, мне что-то плохо”. Ответ пришёл мгновенно - его голос на другом конце провода был полон волнения.
— Алиса, ты где? — спрашивал он, в его тоне я уловила нотки тревоги.
— Не стоит паники, просто не очень хорошо, ты вызовешь такси? — попыталась я успокоить его.
— Я отвезу тебя домой, я не пил — ответил Ярослав с уверенной интонацией.
— Хорошо, я выйду на улицу, жди на выходе, — сказала я и отключилась.
Арсений Потёмкин
Я только что сфотографировался для прессы и, поднимая глаза от камеры, вдруг заметил, что за столиком, где обычно сидела Алиса, пусто. Волнение охватило меня. Я отвлекся от суеты и подошёл к Мишель, оставив ей свою награду, чтобы не терять время.
— Я сейчас приду — с этими словами я резко развернулся и направился на поиски Алисы, не понимая, почему вдруг такое беспокойство овладело мной.
Я снова осмотрелся: где же могла пропасть Алиса? На выходе я увидел Ярослава, который, казалось, был в спешке, и чуть было не столкнулся с ним.
— Алиса уже уехала?
Ярослав обернулся ко мне, и на его лице отразилось удивление, словно я задал неуместный вопрос. Всюду витал запах вечерней прохлады, а моё дыхание было сбито.
— Нет, но сейчас поедет, что-то случилось? — его вопрос заставил меня задуматься.
Действительно ли что-то произошло, или это лишь плоды моей гиперопеки? Я мотнул головой, стараясь избавиться от ненужных мыслей.
— Ты же с ней давно, скажи, что случилось у неё с Ильёй? — Казалось, этот вопрос повис в воздухе, но вызвал лишь холодное молчание в ответ.
— Я не имею право рассказывать про личную жизнь Алисы.
Я заметил, что Ярослав был груб, и в его голосе звучала решимость, как будто он защищал тайну, которая не подлежала разглашению. Я вздохнул, и, кивнув в знак понимания, решил прекратить это разговор. Внутри всё кипело: мне хотелось знать, но уважение к Алисе сдерживало. Я медленно направился обратно, обдумывая, стоит ли же вообще лезть в её жизнь. Вдруг Ярослав, словно поборов собственные сомнения, крикнул:
— Арсений, стой!
Я замер на месте, повернувшись к нему, и увидел, как он с решительным выражением лица приближается ко мне. С каждой его секундой ожидания нарастало напряжение - что он собирался сказать?
— Краснопресненская, 11 это же твой адрес? — эти слова будто разорвали привычный поток мыслей, обнажая уязвимость. Я вспомнил, как Алиса говорила его ему.
Возможно, она просто не хочет делиться своей личной жизнью с тем, кто принимает решения за её карьеру.
— “Или я просто проходной?” — Эта мысль пронзила меня, и я ощутил, как в груди что-то сжалось, затруднив дыхание.
Я, несмотря на весь страх и беспокойство, хрипло сказал:
— Да.
Ярослав хмыкнул, его взгляд оставался настойчивым.
— Ты думаешь, она что-то чувствует к тебе? — Его голос звучал как острый медицинский скальпель, осторожно вскрывая мои внутренние переживания.
На мгновение я задумался, усмехнувшись даже. Откуда мне знать? Я просто люблю её, безнадежно и безоговорочно, надеясь, что ответные чувства живут внутри её тоже. Но внутри меня всё же зарождалось сомнение.