Стук.
Металлический, ритмичный стук.
Я перевела взгляд. Ребекка сидела, откинувшись на спинку кресла, одной рукой расслабленно держа руль, а второй — барабанила пальцами по приборной панели в такт какому-то неслышному мне мотиву. Она не смотрела на дорогу. Она смотрела на меня. И улыбалась.
Холодок пробежал по спине, не имеющий ничего общего с кондиционером.
Она не гонщица. Она приманка.
Резкий рывок руля вправо. Я врезаюсь в её дверь, заставляя её вильнуть. Она в ответ толкает меня, и мою машину ведет в сторону отбойника. Я выкручиваю руль в обратную сторону, чувствуя, как резина плавится об асфальт, наполняя салон едким запахом гари.
— Дарсия! Что у вас там?! — крик Арианы в наушнике прозвучал приглушенно, словно издалека.
— Играем в «кто кого переживет», — процедила я сквозь зубы, входя в «Сломанный хребет» на грани возможного.
Перед глазами все поплыло. Асфальт, ограждение, черное небо, фары Ребекки — все смешалось в одну сплошную, тошнотворную карусель. Я слышала, как визжат покрышки, как стучит мое сердце где-то в горле, как Дэмиан сыплет цифрами и командами, которые я уже не воспринимала.
Я видела только её глаза. И улыбку.
Мы вылетели из поворота. Я впереди на полкорпуса. Но радости не было. Потому что в свете моих фар на трассе, прямо на асфальте, кто-то рассыпал «ежей». Самодельные шипы. Их металлические зубья тускло блестели, приглашая меня в гости.
Тормозить поздно. Уходить некуда. Слева — Ребекка, справа — отбойник.
Выбор, достойный Дарсии Андерсон.
Я рванула ручник, разворачивая машину поперек трассы. «Ежи» остались слева, но я потеряла скорость. Инерция бросила меня на водительское сиденье, ремень безопасности впился в грудь, оставляя синяки.
—Мой отец здесь, -говорит Дэмиан, и я поворачиваю голову.
Андреа стоит рядом с Дэмианом, и я фыркаю. Будто он сможет помочь. Я собираюсь повернуть голову к дороге, но вдруг вижу ту, кто не должен был здесь быть.
Регина Смит, блядь. Эта женщина сверкая своими глазами, опираясь на трость шла прямо к Андреа и Дэмиану. Они не видели её, но я видела.
—Дэмиан, твой отец! -кричу я, и вдруг машина Ребекки врезается в мою.
Удар был чудовищный. Мой автомобиль клюнул носом и пошел юзом, его повело прямо на ту самую россыпь шипов, которую я только что чудом объехала. Ребекка била наверняка. Она хотела, чтобы я нанизалась на эти иглы, как мотылек на булавку.
— Сука! — заорала я, выкручивая руль до упора и вжимая педаль газа в пол.
Двигатель взревел, протестующе заскрежетал, но машина послушалась. Меня швырнуло влево, бампер врезался в задний бампер машины Ребекки, и мы закрутились в диком, сюрреалистическом вальсе посреди трассы. Сквозь лобовое стекло я видела, как трибуны, небо и лица зрителей смешались в одно сплошное, искаженное скоростью полотно.
В этот момент грохот моторов перекрыл другой звук. Сухой, резкий, как треск ломающихся костей.
Выстрелы.
Первые пули взвизгнули, рикошетом отскочив от асфальта прямо перед моей машиной. Я рефлекторно дернула руль, уводя авто с линии огня. В боковое зеркало, которое чудом уцелело, я увидела, как на трибунах началась паника. Люди срывались с мест, давя друг друга, но среди этого хаоса были и другие. Те, кто не бежал. Те, кто стоял, вскинув руки с короткими, злыми очередями автоматов. Они стреляли вниз, на трассу.
— Дарсия! Ложись! — заорал Дэмиан в наушнике так, что заложило ухо.
Я пригнулась, насколько позволял ремень безопасности, и в тот же миг заднее стекло моей машины превратилось в паутину трещин, а затем осыпалось градом мелких осколков мне на затылок. Воздух наполнился запахом горелого пороха и озона.
Ребекка, пользуясь моментом, рванула вперед. Её «ниссан» вильнул, пытаясь уйти из-под обстрела, но было поздно. Очередь прошлась по её правому борту, выбив фонтан искр из металла. Она даже не вздрогнула. Лишь сильнее вцепилась в руль, уводя машину к отбойнику.
Мои глаза были прикованы к Ребекке. Она была моей. Только моей.
Я поравнялась с ней. Её лицо было в крови — видимо, осколком стекла поранило, когда в машину попали. Но она улыбалась. Все так же. Безумно и спокойно одновременно.
— Какого хрена ты улыбаешься?! — заорала я, хотя знала, что она меня не слышит.
И тут я поняла. Она улыбалась не мне. Она смотрела вперед.
На трассу, прямо перед нами, выбежали люди. Много людей. Они были одеты в черное, и в руках у них было оружие. Они выстроились в линию, готовясь встретить нас шквалом огня. Это была ловушка. Засада. И Ребекка, как послушная овчарка, загнала меня прямо в их пасть.