— Капо — не солдат-одиночка, Дэмиан. — голос его звучал устало. — Он — голова. Стратег. И если голова действует, повинуясь только гневу и ярости, тело неизбежно умрёт. Задохнётся в собственной крови. Ты хочешь вести войну? Хорошо. — Он сделал паузу, и в комнате повис его приговор, тяжёлый, как надгробная плита. — Но теперь это война семьи. Не твоя личная вендетта. Твои действия ставят под удар всех. Симона, его детей, которые ещё даже стрелять толком не умеют. Кассио и Сицилию, наш бизнес, наши склады. Мать. Ариану. Ты готов нести за них ответственность? Каждую секунду? За каждую их смерть, если что-то пойдёт не так?
Его слова вонзились в меня острее любого ножа. Я перевёл взгляд на бледное, как мел, лицо матери, на её дрожащие губы. На напряжённые пальцы Арианы, до хруста сжимающие пузырёк. Я представил Симона, своего дядю, который всегда смотрел на меня с гордостью, почти как на сына. Представил его малышню.
— Готов. — выдохнул я. Слово вырвалось из самой глубины. — Если надо, я встану под дуло пистолета, под пули, под нож, но не дам ранить тех, кто дорог мне. Ты это знаешь, папа.
Я услышал сдавленный вздох матери. Тишина стала другой — чуть менее гнетущей.
Звонок раздался снова. Короткий, отрывистый, вибрирующий — сигнал сообщения, а не вызова.
Я, не отрывая взгляда от отца, вытащил телефон из кармана. Пальцы на секунду замерли над экраном. На дисплее горело одно-единственное слово от Кейна, того самого придурка, которого я приставил к Дарсии:
«Она рвёт и мечет. Решай дела быстрее, босс, или я за себя не ручаюсь. Эта бешеная скоро вынесет дверь голыми руками».
Воздух с шумом вырвался из моих лёгких. Я не заметил, что всё это время почти не дышал. Мир, который секунду назад сузился до точки ярости в центре этой комнаты, снова обрёл объём и краски. Но облегчение было слабым, как первый глоток воды после долгой мучительной жажды — оно не снимало боли, не убирало ответственности. Оно лишь давало краткую отсрочку перед новым ударом.
Отец изучал меня долгие, бесконечные секунды. Молчала и Ариана, перестав, наконец, крутить в руках лекарства. В её глазах мелькнуло что-то новое — мрачное, тяжёлое одобрение.
— Это уже не игра в перестрелки, сын, — наконец сказал отец, и голос его звучал, как похоронный звон. — Это объявление полномасштабной войны. Последней. Финальной. Одни выйдут из неё королями, утопая в золоте и власти. Другие не выйдут вовсе. Лягут в сырую землю, и даже крестов никто не поставит.
Это звучало не просто как предупреждение. Это было завещание. Но после всего, что сделали эти ублюдки, после всего, что они отняли у нас, я был готов ко всему. К аду, к смерти, к чему угодно.
— Каморра не прощает. Каморра сжигает дотла. — тихо, но твёрдо сказал я. Сунул телефон обратно в карман, шагнул к столу, где на уголке лежал мой пистолет, и, взвесив его на ладони, направился к выходу.
Каморра не прощает. Если придётся доказывать это тем, кто не верит, тем, кто осмелился тронуть наше, я сделаю это так, что они сами увидят пламя своими глазами. Мой отец, мать, сестра и вся наша большая семья будут не против увидеть поражение тех, кто сделал нам больно. Каморра снова восстанет из пепла. Так же, как и в тот день, когда мой отец взял в жёны Лию Романо — мою мать. И мы станем сильнее, чем были.
***
Я вхожу в квартиру Арианы и сразу слышу напряжённый, сдавленный голос Кейна, доносящийся из гостиной. Он что-то пытается объяснять, но его перебивает грохот. Я захожу внутрь и смотрю на Айлу, которая, как всегда, пугающе спокойна. Она сидит в кресле с идеальной осанкой, попивая чай, словно вокруг не разворачивается театр военных действий.
— Дэмиан. — Айла поднимает на меня глаза. В них ни тени эмоций. Только информация. — Мара Сальватруча уже в Техасе. Подтверждённые данные. Андерсон, та, что младшая, узнала об этом каким-то неведомым нам образом и в приступе гнева пристрелила Кейну колено. Буквально. Он сейчас у стены, перевязывается.
Я бросил взгляд в сторону, где у стены сидел бледный Кейн, зажимая простреленную ногу. Он виновато опустил глаза. Я достал телефон и быстро набрал сообщение сестре.
«Мара Сальватруча начали активные действия на юге. Не выходи из дома без охраны. Предупреди остальных. Береги себя, Ариана. Это не шутки».
Через секунду пришёл ответ. Короткий, как выстрел.
«Для меня будет огромной честью снова встретиться с Робертом Андерсоном. Лично. Жду не дождусь».