─ Что там? ─ спросил его Сергей, показав кивком на палатку.
─ Обычное дело, ─ мрачно ответил медик. ─ Поймали группу разведчиков, допрашивают.
─ Когда?
─ Часов шесть назад. Холин сразу начал, потом просто оторвался от любимого дела, чтобы покрасоваться перед начальством.
Юный посмотрел в сторону палаточной камеры пыток:
─ Но его помощники не прерывались.
Он, наконец, набрался смелости озвучить просьбу:
─ Тормаев, я понимаю, что просить вас об одолжении сейчас просто верх непорядочности, но у нас в медчасти роутер накрылся. Сеть не работает. Пока там парни разбираются, мне надо срочно отчитаться. А я, когда в прошлый раз туда зашёл… – лейтенант кивнул на палатку: ─ я ещё неделю есть не мог. А вы человек привыкший. Может, отнесёте?
Юный протянул Сергею флэш-карту.
─ И это мне медик говорит, ─ покачал головой Тормаев. ─ Ты же каждый день в крови.
─ В крови людей, которых я спасаю, ─ мрачно произнёс Юный. ─ В этом принципиальная разница.
Дверь палатки вдруг открылась. Лейтенанты Панин и Брусов выволокли на улицу человека. Голого. В крови с головы до пят. Панин приставил пистолет к его затылку и выстрелил. Глушитель спрятал звук, но фонтан крови от крупного калибра вынес пол головы, забрызгав всё вокруг на пару метров.
─ Лёлик, ты чего?! В сердце уже не можешь?! ─ разорался Брусов, оглядывая свою форму, покрытую кровавой сеткой.
─ Хорош орать, ─ усмехнулся Панин. ─ Пошли, самое сладкое осталось. Кусочек на память отрежем?
Солдаты упаковали тело в чёрный мешок, отнесли к яме, вырытой прямо в двух метрах от палатки, и сбросили. И всего этого будто бы не произошло…
Из открытой двери донёсся довольный голос Холина:
─ Ну что? Память так и чиста?
Он говорил с ещё одним пленником. Было видно скорченную фигуру на полу палатки. Майор пнул человека под рёбра. Но Панин и Брусов уже заходили, и звук глухого стона пленника перерезался молнией двери.
─ Тормаев, ─ с отчаянием произнёс Юный.
─ Чёрт с тобой, ─ выругался Сергей. ─ Иди отсюда.
Он взял из руки Юного флэш-карту и пошёл к палатке. Медик, бормоча слова благодарности, помчался к себе, а дверь открылась на звонок, выпуская раскрасневшееся лицо Панина. За ним было видно сидящего в кресле Холина и Брусова, который бил ногами лежащую на полу полуголую женщину. Теперь, находясь ближе, Сергей увидел, что последний пойманный разведчик ─ женщина.
─ Для майора, ─ Тормаев протянул лейтенанту флэшкарту.
─ Заходи! ─ Панин изобразил приглашающий жест.
Сергей собрался бросить флэшку на порог, развернуться и уйти, но его увидел Холин:
─ Тормаев! Зайди!
Прямой приказ. Делать нечего. Сергей зашёл.
─ Что у тебя? ─ спросил майор.
─ Отчёты медиков, ─ ответил Тормаев.
─ Кинь на стол. Выпьешь?
─ Нет, спасибо.
Особист внимательно посмотрел на молодого офицера. Тот спокойно выдержал взгляд.
─ А я выпью, ─ засмеялся Холин. ─ У меня работа тяжёлая. Ты, кстати, как сам? Как там твои сквозные ранения? Заживают?
Он подошёл к столику, на котором стояла початая бутылка, смахнул салфеткой капли крови, пару зубов, в шутку возмутился:
─ Грязь какая. Брусов, убрался бы. Чего как в свинарнике?
─ Заживают, ─ ответил Сергей на вопрос майора.
─ Тебе, говорят, всегда везёт, ─ Холин оглядел его с улыбкой. ─ Два осколка ─ в бедренную артерию и в печень, а ты живой.
─ Везёт, ─ произнёс Тормаев, ─ когда медицинский лазер рядом.
─ Нет, сынок, ─ Холин покачал головой, ─ просто ты у нас хороший парень.
Сергей не хотел смотреть на скорченную фигуру на полу, но помимо его воли взгляд устремился к ней. Женщина лежала вниз лицом, короткие волосы слиплись от крови и грязи.
─ Вот ведь, Тормаев, ─ пожаловался майор, заметив взгляд лейтенанта, ─ теперь в разведку бабы ходят и все, главное, красавицы. Где их только берут? Не знаешь?
Он всё-таки протянул старшему лейтенанту стакан с водкой:
─ Ну, давай, просто согрейся.
─ Мне надо идти, ─ выдавил из себя Сергей.
─ Куда? ─ удивился особист. ─ В Багдаде всё спокойно. Что ты неугомонный какой, сынок?
На последнем слове Тормаев сглотнул горечь во рту.
─ Смотри, какая компания у нас, ─ засмеялся Холин, ─ красивая женщина, поломали мы её конечно маленько, но не будем придираться.
Майор шагнул к пленнице, пинком перевернул её на спину и, поставив ногу на грудь, прижал её к креслу. Свет упал на разбитое лицо молодой девушки. И Холин, заметив, что лейтенант Тормаев, не отрывая глаз, смотрит на неё, усмехнулся:
─ Сынок, ты чего? Давно голых девок не видал? Хотя разве это девка? Вот Лулина ─ девка, а это…