— Остановка, — голос Лили был безжизненным, как голос автоответчика. — Источник в пятнадцати метрах. За технологической колонной. Активность минимальна. Пассивное существование.
Кай поднял сжатый кулак — сигнал «Окружить. Тишина».
Мы замерли.
И тогда я почувствовал кожей. Не через уши. Не через сканер Лилы. Сквозь тот самый приглушённый гул в венах, сквозь зажатую, искалеченную эмпатию прорвалась волна.
Тоска.
Не плач. Не крик. Чистая, немыслимая тоска. Та, что не имеет слов, потому что ей миллионы лет. Она втекала в меня, как ледяная вода в лёгкие, заполняя каждый уголок, вытесняя воздух, мысли, страх.
Мутация, которую «Смотритель» пытался задавить, взвыла в ответ. Синий свет в моих венах вспыхнул яростной, неконтролируемой вспышкой, осветив на секунду грязный бетон под ногами.
Кай резко обернулся. В его глазах — не гнев. Паника. Та самая, что бывает у старого солдата, который видит, как мина уже сработала под ногой товарища.
«Смотритель» материализовался прямо передо мной. Его бесформенные контуры сгустились в нечто отдалённо человеческое. Он склонил ко мне голову.
— Объект представляет эмоциональную угрозу стабильности оператора, — его голос был не звуком, а внедрением. Холодной иглой прямо в мозг. — Протокол 9-Гамма. Немедленная нейтрализация. Это не приказ, Громов. Это констатация необходимости.
Тоска за колонной сжалась в тугой, дрожащий комок страха. Она почувствовала смерть. Мою смерть для неё.
И в этом комке я вдруг увидел. Не глазами. Вспышкой внутри. Девочку. В платьице, которое когда-то было синим. С медвежонком, у которого нет одного глаза.
Она не атаковала. Она забилась в самый дальний угол своего несуществующего сознания, обняв своего искалеченного плюшевого бога.
Не бойся… — эхом отозвалось во мне. Я не хочу… больно…
Я поднял руку. Не для удара. Рука сама поднялась, повинуясь древнему, досистемному инстинкту — отвести угрозу, успокоить, защитить.
Кай ахнул. Лила вскрикнула: «Марк, нет!»
А «Смотритель»… расслабился. Его искажённая форма потекла, как чёрный дым, удовлетворённо колышась.
И я понял. Всё.
Это не было проверкой на профпригодность.
Это был катализатор.
Он ждал, когда я сорвусь. Ждал этого самого жеста. Чтобы было неоспоримое доказательство: мутация неконтролируема, оператор нестабилен, угроза системе.
И чтобы наконец-то получить санкцию.
Не на Тень.
На меня.
Моя рука, освещённая диким синим светом, всё ещё была протянута вперёд.
А «Смотритель» уже начал двигаться — не к колонне, не к детской Тени.
Ко мне.
ГЛАВА 8: ТОЧКА НЕВОЗВРАТА
Пространство вокруг меня сжалось, превратившись в тяжёлую, вязкую массу. Движение стало невозможным — я был запечатан в собственном теле, как насекомое в янтаре. Только глаза оставались живыми, и они видели, как «Смотритель» приближается. Его пальцы, холодные и безжизненные, уже почти касались моего лба.
— Процедура безболезненна, — прозвучал его монотонный голос. — Вы просто перестанете быть проблемой.
И в этот миг Кай взорвался.
Не криком. Действием. Его костяные пластины, которые секунду назад были парализованы, с хрустом вырвались из-под контроля. Не для щита — для удара. Он не стал бить «Смотрителя». Он врезался в старую технологическую колонну рядом с нами.
Металл завизжал, ржавые болты вырвало с мясом. Многотонная конструкция накренилась и рухнула точно между мной и «Смотрителем», поднимая облако пыли и осколков.
Давление, сжимавшее меня, ослабло на долю секунды. Этого хватило.
Синий свет в моих венах, заглушённый до тлеющего уголька, взорвался. Не вспышкой — волной. Волной чистой, нефильтрованной паники той детской Тени и моего собственного животного ужаса. Она ударила не в «Смотритель», а в пространство вокруг, в саму реальность.
И реальность дрогнула.
Лампы дневного света на потолке погасли, а затем загорелись неестественным ультрафиолетовым сиянием. Тени на стенах зашевелились, словно живые. Воздух наполнился треском статики и запахом озона.
«Смотритель» отпрянул. Впервые. Его бесформенные контуры затрепетали, как помехи на экране. Его чёрные глаза сузились — в них вспыхнуло не понимание, а распознавание.
— Аномалия уровня 5В, — произнёс он, и в его голосе появилась металлическая нотка. — Спонтанная эскалация мутации. Данные не соответствуют профилю.