Революция, электрификация, мир: РЭМ. Именно мать заложила в него вместе с именем стремления, приоритеты и зафиксировала саму структуру его души.
Рэм прошёл мимо пустых стеллажей, мимо выключенных микроскопов, накрытых чехлами, словно саванами. Он не испытывал ностальгии. Он испытывал принадлежность. В этих стенах его нынешняя дряблая полнота, его отступающая линия волос, его пониженный индекс - всё это не имело значения. Здесь он был не Рэмом Грошевым, неудачником, отброшенным системой. Здесь он был хранителем.
Он подошёл к металлическому шкафу в дальнем углу, запертому на ключ, которого не было ни в одной базе «ЭХО». Открыл. Внутри, на идеально чистых полках, лежали не реактивы. Лежали инструменты. Аккуратно разложенные, простерилизованные, готовые к применению. Рядом - стопка свежих, простых тетрадей в картонных переплётах и несколько катушек хирургического шовного материала. Всё необходимое. Всё эффективное.
Рэм провёл ладонью по холодной поверхности стола. Ни пыли. Он сам протирал его каждый раз. Здесь никто не нарушал его порядок. Здесь не было алгоритмов, ставящих оценки. Не было молодых самодовольных идиотов с высокими индексами. Не было тех, кто смирился с клеймом «ноль».
Здесь был только он. И тихая, ясная работа. Работа по исправлению. По приведению хаотичного, несовершенного человеческого материала в соответствие с идеалом. С тем идеалом стерильности, строгости и безжалостной логики, который он впитал здесь, в детстве, глядя на спину матери, склонившуюся над микроскопом.
Он прикрыл шкаф, и лёгкая, почти незаметная улыбка тронула его строгие губы. В городе он был тенью. Здесь, в священных стенах закрытого НИИ, пахнущих порядком и решением, он снова становился тем, кем должен был быть. Архитектором. Селекционером. Оптимизатором.
Единственным, кто имел смелость довести прекрасную, но слишком мягкую идею системы «ЭХО» до её безупречного, логичного завершения.
Глава 4. Программа коррекции.
- Он говорил, что пойдет на эти курсы от «ЭХО»… переквалификация, - Вадим давил пальцами виски, сидя на ящиках в убогой заводской столовой. - Я смеялся. Говорил: «Киря, да куда они тебя, художника…». А он… «Мне надо индекс поднять. Хоть чуть-чуть». И пропал. Три дня. В патруле сказали - «миграция низкоресурсных единиц». Как скот, блять.
Ян молча крутил в руках стаканчик. Серый картон был безликим и тихим. Но в пальцах стояло онемение - предчувствие беды, которое было хуже любого «эха».
Через сорок восемь часов тело Кирилла Уварова нашли в коллекторе брошенного недостроенного квартала. Не просто тело. Конструкция. Без рук.
Протокол «ЭХО»
Социальные сети. Анализ трендов.
Хештеги: #КириллПропал #ОпятьТруп #ГородСтраха #Коллектор
Эмоциональный окрас:
Страх (43%): «Это уже пятый за месяц?! Куда смотрит ЭХО-Патруль?»
Гнев (28%): «Они только за индексами следят, а маньяков ловить не умеют!»
Апатия (19%): «Опять эти низкоиндексники сами нарвались. Ничего удивительного.»
Подрыв доверия (10%): «Система обещала безопасность. Где она? #ЭХОПровал»
Рекомендация модуля «Психогигиена»: запустить волну постов с хештегом #ЭХОЗаБезопасность.
Акцентировать статистику: «Общий уровень преступности снижен на 15% после внедрения систем мониторинга. Отдельные инциденты - печальная аномалия, над устранением которой работают лучшие алгоритмы предсказания».
Внутренний отчёт ЭХО. Дело № П-7 (серийный характер).
Жертвы: Молодые мужчины, 18-28 лет. Индекс эффективности - ниже 35%. Склонны к социальной изоляции, нерегулярной занятости.
Модус операнди:
1. Похищение в безлюдных местах или из жилищ в «серых» зонах.
2. Транспортировка на заранее подготовленную площадку (помещения с хорошей звукоизоляцией, удалённые инфраструктурные объекты).
3. Фиксация. Прижизненная ампутация верхних конечностей (инструмент - хирургическая пила, мастерство среднее). Причина смерти - болевой шок или кровопотеря.
4. Визитная карточка: на груди, в области сердца, вырезается символ «0» или буква «О». Надрез выполняется посмертно.
5. Тело перемещается в публичное, но затруднённое для доступа место (коллекторы, вентиляционные шахты заброшенных зданий) для гарантированного обнаружения.
Анализ:
Преступник демонстрирует ритуальный, зацикленный почерк. Убийство - не цель, а послание.
Целевая группа (молодые мужчины с низким индексом) указывает на возможную идеологическую/мессианскую мотивацию преступника, связанную с концепцией эффективности.