— Да, сэр. — Голос Фэйсона прозвучал немного раздраженно. — Конечно, сэр. И включили аварийный маяк, чтобы прибыла «Летняя Ночь» с подкреплениями. Мы прочешем каждый дюйм этой судна, сэр.
— Я уверен, вы так и сделаете, — пробормотал Киз.
— И если вы не возражаете, сэр, мне не нужен тот, кто сомневается в моих действиях и следит за мной из-за плеча. Учитывая все обстоятельства, сэр, вы из флота, а я морпех. Давайте не вмешиваться в дела друг друга.
Громкий рев в грузовом отсеке стал немного заметнее. Киз посмотрел на солдата, осматривающего раненых, и проигнорировал презрение Фэйсона из-за более насущной проблемы.
— Сынок, откуда мы теряем воздух?
— Отовсюду. Взрывчатка пробила дыры во всех местах этого маленького корыта, — последовал ответ.
— Хотел бы я быть морпехом прямо сейчас, — сказал Киз, оглядываясь на бойцов УВОД. — Я не в герметичной броне.
— Мы что-нибудь придумаем, — сказал Адский ныряльщик, оглядываясь на «Пеликана». Киз постучал по наушнику.
— Джеффрис, это Киз. Приём.
Тишина.
С ворчанием Киз поднялся на ноги и побрел к контейнеру. Он прислонился к нему и проскользнул за угол. Он уставился на зияющую дыру сбоку «Пеликана».
— Его вытащили, сэр. — Другой Адский ныряльщик похлопал Киза по плечу. — Мы закачали его всего пеной; он в плохой форме. Но «Летняя Ночь» должна скоро появиться здесь. Мы их перевезем.
Киз посмотрел на ряд раненых и мертвых бойцов УВОД. Это были лучшие из лучших. Попросите их стать добровольцами,чтобы сдержать атаку и надрать задницы, они первыми поднимут руки. Было бы счастьем встретить серьезные неприятности с ними, счастьем встретиться с врагом с глазу на глаз.
Все мертвы из-за обычной высадки.
Из-за обмана.
Киз знал, что сможет узнать больше. Он повернулся к одному из оставшихся в живых членов экипажа «Поминок Финнегана». Он лежал на палубе с ранеными. Адский ныряльщик сидел рядом с ним, поддерживая пульс.
Киз осмотрел грузовой отсек. Думай нестандартно, — сказал он себе. Это не было типичным сражением; ему нужно было думать на шаг вперед.
Адские ныряльщики прочесывали корабль в поисках повстанцев. Им потребуется транспорт, чтобы убраться с корабля, как только они осмотрят его, поскольку «Пеликан», на котором они прибыли, был пробит. Киз включил канал связи корабль-корабль «Летней Ночи» и попытался установить контакт, но ничего не получилось.
Киз прикусил губу.
— Командир Фэйсон, это Киз. Вы включили маяк для вызова «Летней Ночи»?
— Это Фэйсон. Нет, сэр.
— Тогда кто это сделал? — Киз почувствовал холодный укол страха. Они смогли бы все услышать маяк, просто переключившись на аварийный канал. Непрерывная последовательность цифровых звуковых сигналов выдает числовой код, который при переводе сообщает любому слушающему из ККОН: есть убитые, требуется подкрепление и медицинская помощь со всей возможной скоростью.
— Я не знаю, сэр. — Сказал раздраженно Фэйсон. — Мы находимся в самом центре корабля, осматривая его…
— Командир, пользуясь своим положением, я приказываю вам остановить зачистку, опросить каждого морпеха под вашим командованием. Я хочу знать, кто включил маяк.
— Да, сэр, — пришел сдержанный ответ Фэйсона в наушнике Киза. — Не думаю, что вы хотите, чтобы я взял интервью у кого-нибудь из мертвых, сэр? Это может быть немного сложно. — Пассивная агрессивность Адского ныряльщика превращалась в гнев. Фэйсон явно хотел ему насолить. И очень.
— Нет, Фэйсон. Мы сделаем это здесь. — Киз повернулся к Адским ныряльщикам, стоящим вокруг него. Он не мог видеть никаких выражений их лиц за этими темно-синими лицевыми панелями. У него было чувство, что улыбок там уж не было. Но точно узнать, что происходит в битве, было чрезвычайно важным. И хотя они могут не уважать этого человека прямо сейчас, Киз позаботится о том, чтобы даже бойцы УВОД проявили уважение к его званию. — Вставьте карты памяти каждого солдата в свои шлемы, проверьте записанный материал и переговоры, посмотрите, не включал ли кто-нибудь маяк.
Все они стояли молча. Тогда один морпех произнес:
— Сэр…
— Не стойте там и не глазейте на меня, — крикнул Киз, словно ударил кнутом. Слова отразились эхом в отсеке. — Просто сделайте!
Они вскочили, вытаскивая карты памяти из шлемов своих павших товарищей, и просматривая записанный материал. Киз посмотрел на солдата, который бросил ему свой шлем, и тот покачал головой. Не он.