— Почему ты не говорил про помощницу и телепорт? — голос Люмирена прозвучал раньше, чем сам юноша появился в комнате.
Сияющие искры глитча завертелись в воздухе, вылетая прямо из экрана НЭКСа Тейдана. Они кружились, подобно снежинкам, постепенно складываясь в фигуру. Образ Люмирена появился за считанные секунды, и юноша прислонился к ребру стола. Осторожно присел на край, стараясь ничего не задеть.
— Это ее телепорт, настроенный на определенную конфигурацию, — Тейдан махнул пальцем, перелистывая страницу на пластине. — И я не обязан отчитываться вам о своих связях.
— Подтверждаю, — Люмирен не сводил с юноши пронзительного взгляда. И таилось в нем что-то совершенно непривычное, чуждое всем. Включая самого Вэйса. — Она похожа на кого-то, — продолжил юноша. — Я не могу… — он запнулся, когда слово застряло в горле.
— Вспомнить? — подсказал Тейдан.
— Сопоставить, — поправил его Люмирен, и в его голосе прозвучала редкая нотка раздражения. — Когда-то я видел девушку, похожую на нее, но в базах данных не сохранились эти воспоминания. Я не могу сопоставить ее внешность с имеющейся информацией.
— Тебя это беспокоит? — Тейдан свернул экран НЭКСа, поднимая взгляд на собеседника.
Люмирен выдержал паузу, пока смахивал очередное оповещение об ошибке, а затем ответил:
— Да.
— Почему?
— Потому что я должен знать все. Это моя функция.
— Это больше похоже на одержимость Клана Теней, — хмыкнул Тейдан. — Тебе бы спеться с ними, точно узнаешь все сплетни планеты. И тогда спать сможешь спокойно.
Люмирен смотрел на него. Долго. Внимательно. Так, что Тейдан почувствовал себя немного некомфорно.
— Иногда я тебя не узнаю, — чуть тише произнес Люмирен.
— Я всегда был таким, просто ты недостаточно хорошо меня знаешь. Мы знакомы чуть больше недели.
— Замечать детали — особенность моей операционной системы. И я вижу любые малейшие изменения, поскольку подключен к вашим чипам в головах. Та девушка меняет твои показатели…
— Раз ты такой внимательный, — Тейдан не позволил ему договорить, — почему не замечаешь собственных изменений?
Люмирен на секунду замер. Его спокойное, донельзя безэмоциональное лицо, исказила тень живых эмоций. Словно что-то сломалось внутри, дав волю обычной человечности.
— Я не способен меняться, только ломаться. А когда сомны ломаются — мы форматируем определенные процессы или полностью нашу систему.
— Эта прекрасная ложь действительно тебя успокаивает? — Тейдан повернулся в кресле в сторону собеседника.
— Для меня нет понятия спокойствия, — напомнил Люмирен. — Если у тебя есть лишнее время для размышлений, лучше подумай о Стелле.
— Зачем мне о ней думать? — Тейдан сдержал гаденькую улыбочку, услышав долю раздражения в голосе юноши. — Она, конечно, девушка интересная, но у меня других забот полно.
— Показатели ее здоровья меняются в присутствии Кира. Ты знаешь, кто она?
— Представительница расы Вэл'Ар, — Тейдан кивнул. — Уникальная раса. Осталось всего три тысячи. У них всех фамилии начинаются с «Ар».
— Три тысячи шестьсот сорок два, — поправил Люмирен. — Если быть точным. Они способны чувствовать эмоции других на физическом уровне. У них повышена выработка окситоцина в присутствии тех, кого они… — он запнулся. — К кому они неравнодушны.
— Ты хочешь сказать, что Стелла влюблена в Кира? — Тейдан выгнул бровь. — Вэл'Ары — однолюбы. Слышал поговорку? «Счастье и беда если тебя полюбил Вэл'Ар».
— Я хочу сказать, что ее физиологические показатели меняются в его присутствии. Пульс учащается. Зрачки расширяются. Температура кожи повышается.
— Это называется «быть живой», — хмыкнул Тейдан.
— Нет, это называется «биологическая реакция, характерная для расы Вэл'Ар в присутствии объекта потенциальной привязанности».
Тейдан смотрел на него с долей задумчивости. По большей части о том, за что ему это все и почему страдает именно он.
— Неужели ты ревнуешь? — Фэрроу задал вопрос с легкой усмешкой, играющей на губах.
— Я не могу ревновать.
Глава 24.2
— Тогда почему ты так беспокоишься о ее здоровье?
Люмирен замолчал. Он упрямо смахнул ошибку эмоционального модуля, требующего срочного форматирования.
— Она моя подруга, — наконец сказал Люмирен. — Я хочу, чтобы она была здорова и счастлива. Настолько, насколько это возможно в текущей ситуации.
— А если ей будет больно с Киром? Или наоборот, очень хорошо? — Тейдан оторвал спину от кресла, подавшись вперед. — Что ты сделаешь?