«Несовершеннолетние мальчики на них есть?» – напряженно осведомился я.
«Да».
«Обнаженные? Лица можно разглядеть?»
«Да, – ровно повторила Эмма. – Мальчиков видно хорошо. Как и все, что с ними делают».
Мать! Я сейчас даже рад, что ничего этого не вижу, иначе точно убил бы подонка.
«Так. А Моринэ? Другие взрослые мужчины?»
«Мужчина на всех видео один. К тому же изображения грамотно обработаны, поэтому на записях виден только силуэт…»
Черт!
«Но камера, которая использовалась при съемке, имеет функцию запечатления ауры, – тут же добавила подруга. – Поэтому установить личность мужчины не составляет труда. Его аура однозначно принадлежит находящемуся перед тобой субъекту».
– Адрэа? – снова поторопил меня с ответом директор. – Давай уже, не томи. Что ты надумал? Карцер? Или, может быть, позволишь подарить тебе путевку в новую жизнь?
«Эмма, упакуй видео в сжатую папку. Если объем получится слишком большим, то возьми не все файлы, а только самые показательные. Приложи копии личных дел детей, а также слепок ауры директора. Подпиши на всякий случай, кому он принадлежит. А потом отправь эту информацию на электронную почту министра образования или, если не найдешь, его зама с названием «Внимание! Растлитель малолетних в школе Ганратаэ!», с пометкой в теме письма: «Срочно!» Сможешь?»
«Уже сделано, – бодро отрапортовала подруга и совсем другим тоном добавила: – Проведена повторная корректировка. Гормональный фон в норме».
Очень кстати.
Я наконец открыл глаза и почти спокойно посмотрел на развалившегося в кресле ублюдка.
– Можно еще один вопрос?
Назвать его лэном у меня язык больше не поворачивался.
– Да? – вопросительно приподнял брови Моринэ. Все еще спокойный, абсолютно уверенный в собственной безнаказанности и настолько безмятежный, словно мы тут цены на помидоры обсуждали, а не плату за сексуальные услуги. – Что тебя интересует?
– Скажите, вы с самого начала планировали мне это предложить или все же ваше предложение стало результатом долгих размышлений?
– Почему ты спрашиваешь?
– Просто хочу понять. Ответьте. Если, конечно, для вас важно, чтобы я сделал выбор добровольно.
Директор на мгновение задумался.
– Как я уже говорил, я никого и ни к чему не принуждаю. Просто даю выбор, и каждый вправе сам решать, как ему поступить. Но если тебе действительно важно это услышать, то нет. С самого начала ты не показался мне интересным. И я до последнего был уверен, что в моей школе тебе не место. Однако сегодня мне вдруг подумалось, что, возможно, я поторопился с выводами. Ты, как оказалось, действительно неглуп. Дальновиден. Целеустремлен. И у тебя во всех смыслах выросли показатели, поэтому я передумал и решил дать тебе еще один шанс. Соглашайся. Больше никто тебе такого не предложит.
Я кивнул.
Угу. А если предложит, то пусть пеняет на себя.
– Благодарю. Это все. Теперь я готов ответить на ваш вопрос.
– Так что же ты выбрал, Адрэа Гурто? – прищурился директор.
– Карцер, разумеется, – усмехнулся я, глядя ему прямо в глаза.
Моринэ неуловимо нахмурился. Видимо, промашки у него случались нечасто. Потом немного помолчал, словно давая мне время передумать, но понял, что это бесполезно, и со вздохом поднялся из-за стола.
– Что ж, очень жаль. У тебя могло бы быть хорошее будущее.
После чего потянулся к колокольчику, требовательно в него звякнул, а затем кивнул ворвавшемуся в кабинет секретарю.
– Иртэ, отведите молодого человека обратно в карцер. Лэн Гурто будет находиться там до особого распоряжения.
– Так точно, лэн! Гурто, за мной!
Я развернулся и молча вышел, с легким сожалением подумав, что учеба, с которой было связано столько надежд, закончилась слишком быстро. Тренировки с даром, управляющий модуль, возможность поступить в старшую школу… Если отправленное Эммой письмо не дойдет до нужного адресата или не окажет должного эффекта, мне придется от всего этого отказаться. Да и педофил останется безнаказанным, а находящимся в школе мальчишкам станет намного труднее…
Может, я напрасно сейчас промедлил? Может, все-таки стоило распылить ублюдка на месте?
Уже переступая порог, я на мгновение замер и едва не вернулся, мучительно выбирая между жаждой мести и понятием справедливого наказания в том смысле, в котором я его понимал.
Но потом все-таки тряхнул головой и заставил себя выйти в коридор.
Нет.
Легкой смерти я ему не подарю. По крайней мере, не здесь и не так. Да и время для таких решений ушло. Если убивать Моринэ сейчас, то тогда придется избавиться и от свидетеля. А Иртэ, как мне показалось, подобной участи не заслужил.