— Давай, Хирург! Вскрой его, как консервную банку! — кричал кто-то из зрителей.
— Титан, размажь этого клоуна! — вопили другие.
Титан начал раздражаться. Его движения стали немного резче, но все еще оставались неторопливыми и расчетливыми. Он явно берег силы, не включаясь в бой на всю мощь.
В какой-то момент он все же сумел меня зацепить — его массивная рука мазнула по моему плечу, и я почувствовал силу удара даже через защитный костюм. Меня отбросило в сторону, но я удержал равновесие и сделал сальто назад, увеличивая дистанцию.
«Не включай пока боевой режим», — посоветовала Алиса, — «Сохрани его как козырь. Пока что ты выигрываешь за счет техники и скорости».
Она была права. Титан был силен, но медлителен. Я нанес серию ударов по его ребрам, заставив громилу слегка согнуться, затем выполнил красивый удар с разворота, попав точно в челюсть. Голова Титана мотнулась в сторону, но скорее от неожиданности, чем от силы удара.
— Хорошо бьешь… для муравья, — прохрипел он с широкой улыбкой. Но глаза его оставались равнодушными.
— Муравей поднимает вес в десять раз больше своего, — парировал я, — Так что спасибо за комплимент.
Я продолжал танцевать вокруг него, нанося легкие, но точные удары, не давая ему захватить инициативу. Мои движения были плавными и выверенными, словно я действительно проводил хирургическую операцию.
Толпа постепенно переходила на мою сторону. Мастерство всегда привлекает больше симпатий, чем грубая сила. С каждым удачным уклонением и точным ударом я слышал все больше одобрительных возгласов.
— КОНЕЦ ПЕРВОГО РАУНДА! — объявил Витёк, когда прозвучал гонг.
Мы с Титаном разошлись по углам. Шпилька и Лиса тут же оказались рядом со мной, протягивая бутылку с водой через сетку.
— Ты его уделываешь! — восторженно прошептала Лиса, — Даже счетчики очков сходят с ума. Ты пока ведешь!
Я взглянул на табло. Действительно, по итогам первого раунда я лидировал — 12:5. Что в этих подпольных боях считалось за «очко», я понятия не имел, но явно что-то хорошее.
— Он пока не включился, — сказал я, поднимая маску ровно настолько, чтобы отпить из бутылки, — Бережет силы.
— Конечно, бережет, — кивнула Шпилька, — Стратегия Титана всегда одинакова — в первом раунде прощупывает противника, во втором начинает прессовать, в третьем добивает. Так что во втором будь осторожнее.
— Спасибо за предупреждение, — сухо ответил я.
«Сеня, у меня плохие новости», — сказала Алиса, — «Я заметила странную активность в имплантах Титана. Похоже, там какая-то химическая инъекционная система. Судя по всему, она запрограммирована на автоматическую подачу боевых стимуляторов между раундами».
«То есть сейчас Винни Пух подкрепится мёдом и пойдет месить опилки по полной?»
«Именно, Пятачок. Будь готов ко второму раунду. Он будет намного агрессивнее».
«Спасибо за предупреждение», — я хмыкнул, — «Но почему сразу Пятачок?»
«Ладно, ладно, будешь Тигрой», — хихикнула Алиса, — «А Пятачок тогда Дядя Герман».
Я посмотрел на своего противника. В его углу стоял только один человек — мужчина в белом халате, похожем на медицинский. Он что-то вводил Титану через порт на шее. Химическая подзарядка, похоже.
— ВРЕМЯ РАУНДА ДВА! — прогремел голос Витька, — БОЙЦЫ, НА ПОЗИЦИИ!
Шпилька и Лиса отошли от клетки. Я встал и направился к центру ринга. Титан уже ждал меня там, и в его глазах теперь горел совсем другой огонь — ярко-красный, почти гипнотический.
«Держись, Сеня», — прошептала Алиса, — «Похоже, начинается настоящее веселье».
Гонг возвестил о начале второго раунда…
Титан медленно приближался, и в его глазах ещё ярче горел странный красный огонь. Он двигался всё так же неторопливо, и я приготовился к продолжению банкета.
— РАУНД ВТОРОЙ! НАЧАЛИ! — объявил Витёк, и гонг возвестил о начале.
Три секунды прошли в полной тишине. Титан стоял неподвижно в двух метрах от меня, словно каменная статуя. Краем глаза я заметил, как Витёк на краю ринга нервно сжимает кулаки. На его лице промелькнуло что-то похожее на беспокойство, но он тут же натянул привычную ухмылку организатора шоу.
И вдруг — без малейшего предупреждения, без подготовительного движения — громадный кулак Титана оказался совсем рядом с моим лицом. Я даже не увидел самого удара, настолько молниеносным он был.