Чёрный перстень «Барьер Отрицания», похоже, воспринял эту мощную атаку как личное оскорбление и просто стёр её. Я почувствовал лишь лёгкую вибрацию по телу, как от уведомления на коммуникаторе.
Секундное недоумение Тимура быстро прошло, и он перешел к плану «Б» — «Бей сильнее». Его руки вспыхнули пламенем, потом чем-то вроде голубой плазмы, затем чем-то фиолетовым — возможно, он решил, что проблема в слабой зрелищности. Заклинания влетали в меня и разбивались о защиту перстня с упорством мухи, бьющейся о стекло. Шумно, но абсолютно безрезультатно.
— Невозможно, — прошипел он сквозь модулятор голоса.
Я рванулся вперёд, сокращая дистанцию одним прыжком. Моя рука врезалась в защитный покров Тимура с такой силой, что воздух вокруг нас взорвался ударной волной. В ответ он швырнул в меня примитивное огненное заклинание. Я уклонился и нанёс ещё удар — точный и мощный. Защитный покров Тимура замерцал, трещины пошли по его поверхности, но он устоял.
Мы схлестнулись в настоящем вихре ударов. Его магические атаки против моей симбиотической силы. Мои кулаки врезались в его защиту с оглушительным грохотом, а его заклинания рассеивались о перстень. С каждым ударом защитный покров Тимура трещал всё сильнее, но не поддавался полностью. Мой перстень аж нагрелся от перегрузки, почти обжигая кожу.
В пылу схватки мы пробили стену хлипкого здания, затем ещё одну, пока не оказались снаружи, под открытым ночным небом. Тимур отпрыгнул на несколько метров, тяжело дыша. Его маска была покрыта трещинами, но держалась.
— Интересный перстень, — произнёс он, поднимая руки, — Но у меня тоже есть кое-что особенное. Семейная реликвия… — продолжил он с ноткой гордости.
Тимур скрутил пальцы в замысловатую фигуру. Словно в ответ браслет на его правой перчатке засиял ослепительным голубым светом.
Волна энергии прошла сквозь меня, как электрический разряд. И… ничего не произошло. Даже сквозь маску я видел, как расширились от недоумения глаза Тимура. Перстень на моей руке слегка потеплел, поглощая и эту атаку. Но я понял — пришло время для маленького спектакля.
Я схватился за грудь, издав душераздирающий вопль, и рухнул на пол, корчась в наигранных мучениях.
«Пси-удар! Бьет по нервам! Изобрази шок, конвульсии, потерю контроля! Правдоподобнее, Сеня!» — подсказала Алиса.
— Что… что ты сделал со мной? — прохрипел я, выгибаясь дугой и скребя ногтями по бетону.
Лицо Тимура расплылось в злорадной ухмылке.
— Вот и всё, Ветров, — он медленно приближался, — Сейчас мы заберём то, что нам принадлежит. А тебя упакуем в красивый гробик с бантиком.
Тимур наклонился ко мне — именно то, чего я ждал. В одно мгновение я перехватил его запястья и сжал с нечеловеческой силой. Хрустнули кости, но громче был треск самих перчаток — магические руны смялись под моими пальцами, как фольга.
Тимур завыл от боли, пытаясь вырваться. Перчатки и браслет заискрились, засветились разными цветами, а затем взорвались ослепительной вспышкой. Осколки и сгустки энергии разлетелись во все стороны. В воздухе повисли странные светящиеся символы и формулы, вылетевшие из разрушающихся перчаток. Я смотрел на них и они… складывались в нечто странное… в нечто знакомое…
Какая-то сила, древняя и безмерно мощная, пробуждалась в глубинах кристалла Алисы. Словно кто-то повернул ключ в замке, о существовании которого я даже не подозревал.
«Сеня, твой мозг… активность зашкаливает!» — паника звучала в голосе Алисы, — «Это режим супер-интеллекта! Он среагировал на формулы!»
«Давай одну из ВНЗФ!» — скомандовал я. На подобный экстренный случай у нас с Алисой был проработанный план действий, — «Щас скручу этого типчика, и быстренько щелкну это уравнение…»
Я прижал извивающегося Тимура к шершавой бетонной стене ближайшего контейнера. Его магический покров, и без того потрепанный взрывом перчаток, мерцал и грозил вот-вот рассеяться окончательно.
— Так, теоретик недоделанный, побудь пока тут, — процедил я, чувствуя, как знакомое давление начинает распирать череп изнутри. Знания рвались наружу, требуя выхода, структуризации. Игнорировать это было уже не просто неприятно… а больно! — Алиса, ВНЗФ-семь! Она самая простая! Давай сюда! Мне нужно выплеснуть это, иначе голова лопнет!
«Сеня, сейчас как бы… не совсем подходящее время!» — голос Алисы звучал почти панически.
— Время самое то! — я огляделся, заметил валяющийся под ногами острый обломок кирпича. Идеально, — Кидай мне на сетчатку!
Одной рукой продолжая вдавливать Кайлова в стену, я свободной рукой схватил обломок и начал лихорадочно царапать на пыльной поверхности контейнера сложные, витиеватые символы. Они словно сами вели мою руку, вырываясь из переполненного сознания. Кусок в пальцах крошился, оставляя неровные оранжевые линии.