«Сеня, ты сдурел???! Сзади! Он же атакует!» — Алиса кричала в моей голове, но ее голос был далеким, неважным шумом на краю сознания.
Одаренный в маске действительно оправился от шока. Вид моей спины и полный игнор, казалось, взбесили его еще больше, чем уничтожение бласта. Он снова начал формировать заклинание, но не успел.
Из темноты бесшумно выскользнули еще две фигуры в таких же масках и плащах. Теперь их было трое — трое Одаренных, окруживших меня с трех сторон, пока я, стоя на коленях, царапал стену контейнера. Ситуация была абсурдной и смертельно опасной.
— Не двигаться! — приказал один из новоприбывших, — Руки за голову!
Я не реагировал. Моя рука с обломком бетона продолжала выводить очередной сегмент доказательства. Давление в голове достигло пика. Еще немного…
— Он не слышит, — констатировал первый Одаренный, тот, чью плазму я развеял, — Какое-то ментальное воздействие?
— Гамма, приведите в чувство Альфу, — скомандовал второй новичок, — Дельта, держите объект под прицелом. Артефакты на полную мощность. При попытке сопротивления — нейтрализовать.
Двое Одаренных направили на меня свои артефакты — один явно энергетический излучатель, другой — что-то похожее на генератор звуковых волн. Третий быстро подошел к бесчувственному телу Тимура, достал небольшой флакон и плеснул ему на лицо едкой, резко пахнущей жидкостью.
Тимур закашлялся, дернулся и сел, хватаясь за голову. Его взгляд был мутным, но быстро прояснялся. Он увидел меня, склонившегося над стеной, увидел почти завершенную, светящуюся формулу… и его лицо исказилось. Но не от безумия. От чистого, неподдельного ужаса.
«Сеня! Они разбудили Тимура! Он смотрит на формулу! Он… у него сейчас глаза из орбит вылезут, как у хомячка перед удавом!» — Алиса была в панике, — «Сеня, ты меня слышишь⁈ Твои биоритмы готовы к взлёту на Марс без скафандра!»
Но я ее не слышал. Я был в потоке. В том самом священном состоянии, когда мир сужается до кончика твоего импровизированного мелка-кирпича и пыльной стены. Осталось совсем чуть-чуть… до финального штриха этого нетленного граффити… или до инфаркта…
— Альфа, вы в порядке? — спросил Одаренный, помогая Тимуру подняться, — Мы держим Ветрова. Ваши приказы? Доставить его к медикам для извлечения артефакта?
Тимур Кайлов медленно поднялся на ноги. Он смотрел не на своих людей. Он смотрел на меня и на светящиеся символы на стене. Его губы дрожали.
— Убейте его, — тихо сказал он.
Одаренные замерли.
— Что, господин? — переспросил тот, что привел его в чувство, — Приказ был доставить…
— Я сказал, УБЕЙТЕ ЕГО! НЕМЕДЛЕННО! — взвизгнул Тимур, и в его голосе прозвучала такая неподдельная паника, что даже его тренированные люди вздрогнули, — Пока он не закончил! Уничтожьте его! Сейчас же!
Трое Одаренных переглянулись. Приказ был странным, противоречащим первоначальному плану. Но прямой приказ наследника рода… они были связаны клятвой.
— Выполнять! — скомандовал старший из троих.
«СЕНЯ!!! НЕТ!!!» — крик Алисы был полон отчаяния.
Три Одаренных одновременно направили свои артефакты на мою спину. Три луча — ослепительно-белый энергетический, темно-фиолетовый псионический и вибрирующий звуковой — сошлись в одной точке… на мне.
Раздался оглушительный взрыв. Яркая вспышка света заставила всех зажмуриться. Поднялся столб пыли и мелких обломков бетона со стены контейнера.
Когда свет погас, а пыль начала оседать, Тимур и трое его Одаренных уставились на место, где я только что стоял.
Я всё ещё был там. На коленях, спиной к ним, поглощенный высоким искусством кирпичной математики. И моя рука с обломком кирпича равномерно царапала очередной символ.
А вокруг меня… вокруг меня мерцал полупрозрачный голубой щит. Он был тонким, почти невидимым, но по структуре своей напоминал защитный покров Одаренных. Только гораздо более сложный, испещренный едва заметными энергетическими узорами, эхом повторяя символы на стене.
«Так, стоп», — раздался в голове сбитый с толку голос Алисы, — «Этого… этого щита в плане не было. И в моих спецификациях тоже. Сеня, ты там что, тихонько апгрейды по ночам скачиваешь, пока я не вижу⁈»
— Да он же… плебей… — прошептал один из Одаренных, — Я не чувствую у него Дара…
— Откуда покров… у плебея? — произнес второй, попятившись, — Артефакт?
Я медленно обернулся. Боль от обожженного пальца почти прошла. Давление в голове спадало. Я чувствовал себя… обновленным. И очень, очень злым.