— Довольно, — она подняла руку, и Велинский замолчал на полуслове, — Я видела достаточно, чтобы сделать собственные выводы. И знаете, Велинский, лжецов я презираю даже больше, чем трусов.
Княжна шагнула ко мне и протянула руку:
— Ты в порядке?
Словно желая подчеркнуть напряженность момента, небо разрезала молния. Яркий свет на мгновение залил все пространство вокруг нас, заряжая атмосферу чем-то мистическим и неопределенным.
Я удивлённо уставился на её руку, не решаясь её принять. Всё это казалось какой-то ловушкой — сначала аристократы пытаются убить, теперь другая аристократка предлагает помощь? Слишком подозрительно.
До нас долетел раскат грома. Кажется, скоро гроза.
Я не стал принимать помощь. Поднявшись на ноги самостоятельно, я кивнул:
— Бывало и хуже. Спасибо за… вмешательство.
— Я восхищена твоей техникой боя, — сказала она, убирая не принятую руку с таким видом, будто именно этого и ожидала, — Особенно впечатляет твоя регенерация. Весьма… необычная способность для не-одарённого.
Я нахмурился. Она видела, как заживают мои раны. Сколько ещё она видела? И что ей нужно от меня?
— Немедленно покиньте полигон, — княжна повернулась к аристократам, даже не дожидаясь моего ответа, — Все пятеро. И передайте своим отцам, что я лично доложу о сегодняшнем инциденте в Совет Академии.
Эффект был мгновенным. Бледные аристократы, даже те, кто только что приходил в себя, поспешно покинули полигон. Велинский бросил на меня последний, полный ненависти взгляд, прежде чем исчезнуть в темноте.
Мы остались одни, и она повернулась ко мне:
— Александра Строганова, — представилась она, снова протягивая руку, — Хотя, полагаю, ты уже понял.
На этот раз я пожал её руку — рукопожатие оказалось крепким и уверенным, особенно для маленькой женской ручки.
— Семён Ветров, — ответил я сдержанно, тут же отпуская её ладонь, — Но, как мне кажется, ты и так это знаешь.
Её брови слегка приподнялись — моё обращение на «ты» к княжне было делом неслыханным. Перед княжескими родами даже графья приседали в реверансе. Но мне, если честно, сейчас было на всё плевать.
Она быстро справилась с удивлением и даже, кажется, одобрительно кивнула.
— Разумеется. Победитель дуэли с баронетом, новая звезда академии и, как я теперь вижу, — она обвела взглядом последствия боя, — весьма незаурядный боец.
— Зачем ты следила за мной? — я решил не ходить вокруг да около.
— Назовём это… профессиональным интересом, — она не выглядела смущённой, — Люди с твоими способностями встречаются редко. Особенно среди простолюдинов.
— Так ты коллекционируешь редкости? — я не смог скрыть сарказм, — Или у тебя другое хобби?
— Скорее, другая цель, — её взгляд стал серьёзнее, — Я собираю вокруг себя людей с потенциалом. Людей, которые могут изменить существующий порядок.
Она сделала небольшую паузу, изучая моё лицо:
— Знаешь, почему наше общество зашло в тупик?
— Потому что у нас ты никто без генеалогического древа, более древнего и пыльного, чем мой комод?
Она неожиданно рассмеялась — коротко, но искренне:
— Почти, — она кивнула, — Потому что у нас система, где происхождение важнее таланта. Где титул ценится выше способностей. Это путь к деградации.
«Она толкает какую-то политическую речь?» — удивился я про себя.
«Похоже на вербовку», — заметила Алиса, — «Интересно, какое у неё печенье для новых рекрутов? Надеюсь, шоколадное».
— Я создаю движение, Ветров, — продолжила княжна, — движение, которое вернёт истинные меритократические принципы. Где каждый будет оцениваться по своим талантам и заслугам, а не по родословной.
«Если она скажет „А потом мы завоюем мир“, я предлагаю бежать. Быстро», — заявила Алиса.
— И что, ты думаешь, другие аристократы просто согласятся поделиться властью? — я скептически хмыкнул, — Что-то я сомневаюсь. Аристократы обычно делятся только своими мнениями, и то не всегда удачными.
— Многие нет, — она пожала плечами, — Но некоторые понимают, что система нуждается в реформировании, если мы хотим выжить как цивилизация, — Её взгляд стал острее, — Ты ведь тоже это чувствуешь, не так ли? Иначе не бросил бы вызов баронету на дуэли.
Я напрягся. Что-то во всём этом не сходилось. Аристократка, выступающая за равенство? Княжна, собирающая какое-то тайное общество? Слишком подозрительно.
— Допустим, — осторожно сказал я, — И что дальше? Ты хочешь предложить мне… вступить в твоё движение?
— Для начала — познакомиться поближе, — она достала из кармана маленькую серебристую карточку и протянула мне, — Вот. Здесь адрес клуба «Меритас». Приходи завтра вечером, после сканирования.