«Звучит рискованно».
«Так и есть. Но он создал технологии, на которых основаны эти сканеры. Если кто и знает, как их обмануть — это он. Тебе придется с ним договариваться».
Я глубоко вздохнул, обдумывая варианты. Ни один не казался надёжным. Время поджимало — люди уже получали свои талончики и расходились по указанным аудиториям.
— Ветров? — раздался за моей спиной женский голос.
Я обернулся. Передо мной стояла княжна Александра Строганова — всё в том же элегантном светло-сером костюме, идеально подходящем к её холодным голубым глазам. За ее спиной толпилось человек двадцать — то ли свита, то ли одногруппники. И все с любопытством смотрели на меня.
— Ты, — я не сумел скрыть удивление.
— А ты ожидал увидеть кого-то другого? — она слегка приподняла бровь, — И не «ты», а «вы»! Правду говорят о твоей наглости… в середине разговора сбегаешь, тыкаешь княжне…
— Извини, я по-другому не умею, — улыбнулся я.
— Пхм… я наказывала и за меньшую дерзость, — она улыбнулась уголком губ, — Но у нас мало времени. Хоть ты и хам, но я всё равно хочу помочь, — Она протянула мне маленький серебристый диск размером с монету. Голос понизила до шепота, — Возьми. Это создаст помехи для сканера. Не обманет его полностью, но даст неопределённый результат. Достаточно, чтобы выиграть время.
Я недоверчиво взял диск, разглядывая его:
— Почему ты помогаешь мне?
— У меня свои причины, — её глаза на мгновение сверкнули, — Скажем так: мне не нравится, когда охотятся на особенных людей. Особенно Страховы. Этот род забирает слишком много власти и метит в князья… Рано или поздно мы продолжим наш разговор, Семен, — Она развернулась, собираясь уходить, — Кстати, это активируется теплом тела. Просто приклей к коже, где у тебя имплант, перед сканированием.
— Подожди! — окликнул я её, — Откуда мне знать, что это не ловушка?
Она обернулась, одарив меня загадочной улыбкой:
— В этом и смысл веры, Сеня. Иногда приходится делать выбор, основываясь лишь на интуиции, — И с этими словами она растворилась в толпе своих последователей. Те смерили меня подозрительными взглядами и двинулись прочь.
«Ну, теперь у нас есть ещё один вариант», — сказала Алиса, — «Довериться загадочной аристократке с сомнительными мотивами».
«Которая, возможно, хочет сама заполучить кристалл или использовать меня в своих политических играх».
«Именно!» — радостно подтвердила Алиса, — «Но если подумать, что хуже: довериться княжне или позволить комитету найти в тебе следы Ярослава?»
Я посмотрел на серебристый диск, лежащий на моей ладони. Он был тёплым и слегка вибрировал, словно внутри что-то жило своей жизнью.
«Пока не клей его», — предупредила Алиса, — «Я пока не пойму… очень странная структура у этой штуки… причудливая кристаллическая решетка… Неизвестный материал».
— Эй, Ветров! — окликнул меня администратор от стола с талончиками, — Не задерживай очередь! Бери свой номер!
Пришло время решать.
Я сжал диск в ладони и пошёл за своим талончиком.
Глава 17
Недооценка — штука коварная
Аудитория 312 напоминала госпиталь времен эпидемии. Студенты сидели вдоль стен с бледными лицами, нервно теребя талончики с номерами. Некоторые собрались в кучки и перешептывались. У двери в соседнюю комнату выстроилась очередь, а из-за плотно закрытых дверей доносились приглушенные голоса и странное гудение.
Я устроился на жестком стуле, стараясь выглядеть максимально расслабленным. Получалось так себе — руки предательски подрагивали, а нога отбивала беспокойный ритм.
«Сеня, твой пульс как у загнанной лошади», — сообщила Алиса, — «Сто двадцать ударов в минуту. Еще немного, и ты начнешь светиться от перенапряжения».
«Очень смешно», — мысленно отозвался я.
«А еще у тебя потоотделение увеличилось на 47 %», — продолжила она, — «Хорошо, что ты не взял свою белую рубашку. На серой футболке пятна не так заметны».
«Ну слава богу, теперь я спокоен».
— Следующий! Номер сорок два! — раздался из аудитории усталый женский голос.
Дверь открылась, и оттуда вышел парень с экономического. Его лицо было бледным, а на воротнике рубашки красовалась зеленая наклейка. Он прошел мимо, даже не взглянув на остальных.
— Чипировали… — донесся из толпы чей-то приглушенный драматичный голос, — Интересно, жидкий чип и твердый?
— Судя по лицу — таки твердый…
Теории заговора цвели и пахли, особенно в нашем студенческом обществе.